Книга Судьба наёмника, страница 301 – Сергей Воронов

Хазард отрицательно покачал головой.

— Я однажды уже говорил тебе, что для южанина нет ничего ценнее собственной жизни. И когда кто-то спасает её, не имея в этом выгоды для себя, спасенный, если он действительно ценит свою жизнь, должен дать клятву. Он обязуется выполнить любую просьбу спасшего его человека. Всего одну, но любую. Разумеется, если это не противоречит другой клятве спасенной души.

— Южанин, честно исполняющий клятву? — Хазард усмехнулся.

— Понимаю твою реакцию, друг мой, — Милес улыбнулся одними глазами, но голос его стал более поучительным, — И все же. Мы ценим свою жизнь, нарушить клятву или попытаться обмануть спасшего означает признать перед духами песков, что твоя жизнь ничего не стоит. Поэтому за своё спасение я клянусь перед тобой, друг мой, перед небом, солнцем и песком, что выполню любую твою просьбу, если она не будет идти наперекор другим клятвам.

— Любую?

— Даже если ты скажешь мне убить Кирена, я, конечно, сделаю вид, что расстроился, но выполню наказ.

Хазард негромко засмеялся.

— Этого я не попрошу.

— Ты не обязан требовать чего-то прямо сейчас, просто помни, пока я жив, я всегда буду готов выполнить свою клятву.

— Ты сказал, что клятва не должна противоречить другой, ты уже обязан кому-то жизнью?

Милес вздохнул, подняв глаза к небу. Лицо южанина украсила лёгкая и печальная улыбка. Следы старости, которых Хазард не замечал до сегодняшнего дня, острыми линиями расчертили щеки и глаза южанина.

— Одно из моих путешествий по большой земле закончилось не самым радужным образом — рабством у Нирэтенских охотников. Я думал, там же окончится и моя жизнь, но один благородный человек выкупил меня, чтобы отпустить сразу, как мы оказались вне досягаемости охотников. Он не искал выгоды в моём спасении, просто хотел мне помочь, и я дал ему клятву. Тогда я ещё не знал, что дал клятву королю Эниура…

— Так ты и попал к нему на службу?

Милес кивнул.

— Более верного способа получить надёжного и преданного тебе южанина, должно быть, не существует.

— Ты дал клятву служить ему до конца жизни?

— А чем бы это отличалось от рабства? Нет, моя клятва о другом. Если ты хочешь, я могу выполнить свою клятву тебе, рассказав о том, в чем поклялся королю? — Южанин, не скрывая хитрости, улыбнулся.

Хазард улыбнулся не менее хитро.

— Пожалуй, я придержу свою клятву для лучших, а вернее, худших времен. Кто знает, вдруг я передумаю насчёт Кирена?

— Ты добр, друг мой, но не дурак. Мне это нравится, — Милес хлопнул Хазарда по плечу, а затем поднялся с лавки — Но, думаю, тебе все же стоит отдохнуть. Иди, я сменю тебя.

Устроившись на своём месте, Хазард уже почти заснул. Из мягких объятий сновидений его вырвал тяжёлый кашель Фейрлинга.

Практически сразу рядом с ним оказалась Эйлин.

— Как вы себя чувствуете? — тихо спросила она.

— Пить… очень хочется, — голос рыцаря звучал ещё более натужно и тяжело, чем обычно.

— Конечно, — Целительница в пару мгновений налила воды в небольшую чарку и, приподняв голову рыцаря, помогла ему попить, — Настой для сна очень сушит горло, но вам придётся выпить его снова, он поможет набраться сил и быстрее исцелить раны.

Все также мягко уложив рыцаря обратно, Эйлин осторожно принялась промачивать раны на его лице.

Одинокая свеча, горящая в доме, слабо освещала их силуэты.