Книга Судьба наёмника, страница 26 – Сергей Воронов

В лунном свете сверкнули две слезы, что упали со щек юноши. Он больше не мог ничего сказать. Сознание было пустым, мыслей не было, а тело ныло от усталости и, в то же время, душе стало немного легче. Вернувшись домой, Хазард сел на стул, что сделал его отец. Сам Хазард помнил, как не раз его мама засыпала на этом стуле с его сестрой на руках и, должно быть, с ним тоже. Без каких-либо мыслей в голове наёмник смотрел в окно на спящую деревню, пока, в конце концов, и им не овладел сон, отправляя в царство тягостных сновидений

Сон был неспокойный и обрывистый. Наёмник слышал голоса родных, видел их образы, заново переживал небольшие сцены из детства. Казалось, что он правда вернулся в то время, но стоило ему подойти к родителям или сестре, они исчезали, оставляя его в одиночестве. «Вас здесь нет», — произнёс воин, увидев своих родителей в очередной раз. И понимая это, он кинулся к ним, вновь наблюдая, как их образы испаряются. Несколько раз за ночь Хазард резко просыпался, убеждаясь, что он действительно вернулся домой.

Но утром, когда лучи поднявшегося солнца ярко светили сквозь ставни в глаза крепко спящего юноши, Хазарду понадобилось гораздо больше времени, чтобы наконец осознать, где он вообще находится. Дом и его обстановка со вчерашнего дня никак не изменилась, но ощущать себя здесь стало немного легче, особенно если не вспоминать про тяжёлые сны. Протерев глаза и сладко зевнув, наëмник поднялся со стула. Тело слегка затекло после неудобной позы. Размявшись, Хазард вышел во двор. Под тенью крыши недалеко от входа стояла бочка с водой, там он снял верхнюю часть одежды и начал умываться. Тело юноши оставалось довольно худым и жилистым, и при этом — подтянутым и сильным. Многочисленные битвы оставили немало следов: на его теле их было гораздо больше, чем на лице.

Пока Хазард умывался, он не заметил, как к его двору подошла Розетт и стала наблюдать за его действиями. Когда они встретились взглядом, девушка помахала Хазарду рукой и, не спрашивая разрешения, зашла во двор. Голова девушки сейчас не была покрыта, длинные волосы были растрёпаны, чем только усиливали ощущение непосредственности и детскости.

Пятен крови на платье за ночь стало значительно больше, а сумки, что были взяты с собой, настолько исхудали, что Розетт могла легко нести обе на одном плече.

— Как ты? — первым делом спросил наëмник, пока Розетт подходила к нему.

— Это была долгая ночь, — устало произнесла девушка, но затем улыбнулась. — Но я сделала всё, что могла, и многие моряки выживут.

— Я в тебе не сомневался, — Хазард улыбнулся в ответ.

Розетт провела взглядом по телу воина, о чём-то задумавшись. Затем сделала ещё один шаг к нему, остановилась, но через мгновение продолжила путь, подходя вплотную.

— У тебя, я вижу, тоже шрамов прибавилось? — Розетт осторожно положила руку на один из шрамов на груди Хазарда, медленно ведя по нему ладонью, а затем подушечками пальцев. Несмотря на то, что работа с травами сделала подушки пальцев немного грубыми, прикосновения были нежными и мягкими. От непривычно приятных ощущений у юноши перехватило дыхание, он прекрасно понимал, что девушка — лекарь, но еë действия были для него так необычны. Он почувствовал, как по телу разливается жар, словно от Крови Севера, и покраснел. Розетт, казалось, не замечала этого, еë ладони и пальчики плавно, медленно и осторожно скользили по карте битв на теле воина.