Книга Я есть Закон! Том 3, страница 114 – Денис Деев, Алексис Опсокополос

Это оказались не застройщики. Не бандиты. А адепты культа «Свидетелей Системы». Они приехали через полгорода, выследили меня от офиса, прокрались следом до Машиного двора и провели свой цифровой ритуал проклятия в тёмной подворотне. С двадцатигранным кубиком, распечатанным на 3D-принтере. И запиской, нарисованной в Paint.

— Вот же придурки, — вслух констатировал я очевидный факт.

Затем я скомкал «проклятие» и метким броском отправил его в урну. После чего аккуратно опустил бутылку вина обратно в пакет и спокойным шагом направился к Машиному подъезду.

Минус пятьдесят к харизме, говорите? Ну-ну. Проверим.

Маша открыла дверь после первого звонка. На ней был мягкий домашний костюм, волосы собраны в небрежный хвост, и улыбалась она так, что проклятие Верховного Жреца Валерия выглядело ещё более жалким, чем пять минут назад. Минус пятьдесят к харизме? Не похоже.

— Привет! Проходи, — она отступила в коридор, пропуская меня.

— Привет, — я разулся и продемонстрировал ей пакет. — Ты, конечно, сказала, что напитки на твоё усмотрение. Но я решил, что заявляться в гости с пустыми руками — это моветон.

— Какой ты предусмотрительный, — Маша забрала у меня пакет, заглянула внутрь и вытащила бутылку.

Она посмотрела на этикетку, потом молча открыла шкафчик в прихожей и достала оттуда точно такую же бутылку красного сухого. Тот же бренд, тот же год, та же этикетка. Поставила обе рядом на тумбочке.

— Ну вот, — сказала она. — Телепатическая синхронизация. У нас с тобой, оказывается, один вкус.

— Или одна ценовая категория, — ответил я.

Маша рассмеялась.

— Давай за стол. Я пока тебя ждала, чуть с ума не сошла от запахов, — она махнула рукой вглубь квартиры. — Иди мой руки и быстро на кухню.

Я зашёл в ванную, закрыл дверь, открыл кран. Вода зашумела. Я вытащил телефон из кармана и набрал номер Киры. Гудков не было. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Тот же механический голос, что и час назад.

Я убрал телефон в карман и вымыл руки. Вытер их полотенцем, посмотрел на себя в зеркало. Нормальный мужик. Приехал к женщине. Вечер, вино, ужин. Всё остальное подождёт. Кира взрослый человек, она разберётся. Телефон разрядился, или она на объекте без связи, или ещё что-нибудь банальное. Нечего сходить с ума. Убедить себя получилось примерно на семьдесят процентов.

Я вышел из ванной и прошёл на кухню. В центре стола, на широком блюде, лежала целая утка, покрытая глянцевой золотистой корочкой, обложенная зеленью и запечёнными яблоками. Рядом стояла хлебная корзинка и две тарелки. На кухне пахло так, что мой измученный за день аналитический аппарат на секунду отключился и уступил место элементарному голоду.

— Ты это сама? — спросил я.

— Нет, утка сама себя запекла и сервировала, — ответила Маша. — Садись. Тебе ножку или грудку?

— Ножку.

Маша взяла нож и начала разделывать птицу. Делала она это уверенно и быстро. Я сел за стол и заставил себя быть здесь. Не в офисе, не в голове, не в списке пропущенных вызовов. Здесь. На кухне, где красивая женщина готовила для меня ужин и сейчас накладывала мне на тарелку вкусное мясо.

— Вино открывай, — скомандовала Маша, положив мне порцию. — Штопор в ящике справа.

Я нашёл штопор, открыл одну из бутылок, разлил по бокалам. Вино было неплохое. Впрочем, в винах я разбирался не очень, поэтому «неплохое» означало «не кислятина».