Книга Пожиратель. Книга IV, страница 131 – Алексис Опсокополос

И ещё он оба раза ставил на меня большие суммы и неплохо заработал. И эти заработанные деньги он предложил мне прокутить на Лазурном берегу. А когда я отказался и заявил, что собираюсь отдыхать в Челябинске, Орешкин посмотрел на меня как на умалишённого. В принципе понять его было можно: при всём уважении к Челябинску и его жителям, планируя отдых и выбирая между этим славным уральским городом и Лазурным берегом, не каждый выбрал бы Челябинск. Тем более зимой.

Но к чести Григория, комментировать мой выбор он не стал, лишь выразил сожаление, что не сможет удивить меня блюдами прованской кухни в каком-то очень крутом ресторане. Впрочем, я пообещал ему, что мы ещё как-нибудь приедем вместе на Лазурный берег и отожжём, и я даже ещё раз попробую устриц.

С Артуром я расстался в Москве, улетев оттуда первым же рейсом в Челябинск. Билетов на этот рейс, конечно же, не было, но это когда в кассу обратился я. Для Артура они неожиданно нашлись.

Настя безумно обрадовалась сюрпризу, бросила все дела, и мы с ней провели вместе три замечательных дня и три не менее замечательные ночи. Но теперь это всё уже было позади. Теперь надо было перестроиться на деловой лад и вернуться к работе.

Я без труда нашёл свою машину, сел в салон, и Роман повёз меня домой. Там я планировал быстро позавтракать и переодеться, да отправиться на завод. Но едва машина выехала со стоянки, раздался телефонный звонок. Звонила Оксана. Я посмотрел на часы, они показывали ровно девять утра. Невольно усмехнулся.

Приехав в воскресенье утром Челябинск, я позвонил Оксане и распорядился, чтобы меня никто не дёргал до девяти утра среды. Разумеется, я всё это время не выключал телефон, чтобы в случае какого-либо чрезвычайного происшествия меня сразу могли вызвонить, но в ситуациях, которые терпели до среды, беспокоить меня запретил. И вот теперь, в среду, ровно в девять ноль-ноль телефон разразился трелью.

— Слушаю, — сказал я в микрофон, приняв звонок.

— Доброе утро, Игорь Васильевич! — поприветствовала меня помощница. — Вы уже в Екатеринбурге?

— Да. Домой еду. Часам к двенадцати планирую быть на заводе.

— На двенадцать у вас назначена встреча.

— Успею.

— Не на заводе. В банке. По поводу кредита. Вам нельзя туда опоздать.

— А не может туда Покровский съездить? — спросил я. — Явно там дел на десять минут — с сотрудником кредитного отдела поговорить. Пусть Иван Дмитриевич отвезёт кредитную заявку, оставит её, попробует договориться о моей встрече с директором отела. Если не откажут, то я поеду. А сейчас не вижу смысла тратить своё время на такие встречи.

— Но вам назначена встреча не с сотрудником отдела и даже не с начальником, — возразила Оксана.

— А с кем? С директором банка? — я не удержался от «подколки».

— С хозяином.

— Это, конечно, меняет дело, я приеду, — пообещал я, искренне удивившись такому раскладу. — А что за банк?

— Московский Промышленный.

— Даже так? — я удивился ещё сильнее, ведь это был один из крупнейших частных банков страны. — А хозяин Московского Промышленного банка разве не в Москве находится?

— Он в командировке в Екатеринбурге и захотел с вами встретиться.

Да, это однозначно меняло дело. И это сильно меня удивляло. Неужели тот факт, что мы погасили задолженность по старому кредиту, так сильно изменило ситуацию, и банки стали воспринимать нас иначе? Вряд ли. Скорее всего, в Москве банкиры слегка поумнее и догадались, что такие клиенты, как крупный военный завод, на дороге не валяются. Я вспомнил: мы подавали заявку в Уральский филиал этого банка, но нам то ли отписались, что не могут дать кредит, то ли вообще не ответили. А тут вдруг встреча с самим хозяином. Даже не директором, а хозяином. Да ещё столь серьёзного банка.