Книга Пожиратель. Книга III, страница 54 – Владимир Кощеев, Алексис Опсокополос

— Я ушёл, — объявил я, закончив собираться. — Буду вечером, поздно.

Мать пришла в прихожую и, глядя, как я обуваюсь, покачала головой.

— Игорь, ты бы хоть иногда отдыхал, — произнесла она. — Я же вижу, как тебе сложно. Всех денег не заработаешь.

— Мам, я взрослый мальчик, — выпрямляясь и разглядывая себя в зеркало, ответил я. — Справлюсь. Да и не один я в этом деле, и несу за парней ответственность. Вот разрастёмся до открытия филиалов по всей Российской Империи, поставим толковых управляющих, тогда можно будет подумать об отдыхе.

— Я тобой очень горжусь, сынок, но, пожалуйста, не переусердствуй, — попросила она, погладив меня по руке. — Что мы с Катей будем делать, если с тобой что-то случится?

Я видел, что мать уже не особо верит, что отца удастся спасти от тюрьмы. И мысль, что я тружусь целыми днями, ради того, чтобы обеспечить семью, заставляла материнское сердце болеть.

Но выхода не было. Если деньги не зарабатывать, они имеют свойство заканчиваться, какими бы большими ни были запасы. Я должен не просто закрывать вопросы с едой и счетами за квартиру и гимназию. Мать с сестрой будут жить так, как я считаю нормальным. А это совсем другой уровень жизни. И для этого нужно постараться как следует.

Однако мать прекрасно понимала и то, что я пропадаю на работе, чтобы сбежать таким образом от мыслей об отце. Его арест мы все переносили очень тяжело. Как бы я ни пытался сгладить ситуацию и ни обещал, что всё будет хорошо, а время шло, и ничего не менялось.

На этом фоне мысль о том, что люди готовы платить за просмотр видеокассет, уже не вызывала удивления у моих родных. Хотя в первый день они не поверили, что такое возможно. А мы с тех пор знатно пополнили ассортимент фильмов. Кассеты покупались, переписывались, приезжали из других городов.

И отбоя от клиентов не было.

— Всё, мам, я пошёл, — поцеловав её в щеку, сказал я. — К ужину не ждите. Суббота, будем поздно закрываться.

Покинув квартиру, я спустился на улицу и, содрав с мотоцикла брезентовый чехол, перекинул ногу через сидение. Погода постепенно портилась, скоро будет пора пересаживаться на другой транспорт, и у меня даже появились мысли купить такую же Волгу, на которой рассекал Артур.

Заведя мотор, я убрал подножку и, выкрутив рукоять Харлея, покатился по двору.

С видеосалоном мы не прогадали. Сеансы начинались с девяти утра, когда открывался Восточный рынок, и заканчивались с его закрытием в одиннадцать вечера. При этом даже не все желающие попадали на просмотр.

Для меня было удивительно, что никто другой до сих пор не догадался этим заниматься. Но это дело времени — конкуренты скоро появятся. И тут играло то, что на рынке и вообще во всём районе их можно было не опасаться. Фокин контролировал не только сам рынок, но и прилегающие кварталы.

Елизар Богданович тоже был потрясён эффектом и, увидев, что все желающие не вмещаются, сначала убрал из кафе всё лишнее и добавил столиков, а затем и вовсе велел сделать к нему большую пристройку — так сказать, второй зал. И эта стройка была почти что завершена.

Как я ни спешил на работу, как ни гнал мотоцикл, однако Саня всё равно оказался на месте первым. Суббота, у него выходной, так что друг был на рабочем месте. Пройдя мимо стройки, на которой несколько рабочих собирали обшивку будущего видеозала, я кивнул другу и протянул ему руку.