Книга Большой проигрыш, страница 131 – Алексис Опсокополос

Потом мы ещё какое-то время поговорили о разных незначительных делах, а когда бабушка ушла, я достал телефон и позвонил Миле.

— Слушаю, — донёсся из динамика голос моей девушки.

— Скажи, любимая, а ты соскучилась по опасностям, приключениям, крутым дракам и бесконтрольному использованию боевых заклятий? — зашёл я издалека.

— Нет.

— Вот вообще ни капельки? — с быстро угасающей надеждой спросил я.

— Ни капельки, — ответила Мила. — Но, если надо — значит, надо. Что случилось в этот раз?

Двадцать седьмого декабря я проснулся довольно рано. Будильник был заведён на пять утра, но я его опередил. Смысла ворочаться в попытках снова уснуть не было — я чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. А учитывая, что перед отбытием из дома я собирался обязательно сходить к источнику и ещё от него зарядиться энергией, толку в лишнем получасе сна точно не было.

Умывшись, чтобы окончательно проснуться, холодной водой, я надел спортивную форму и отправился на пробежку. Буквально на полчаса — чтобы разогнать кровь и мысли. Потом вернулся в комнату, заскочил в душ, переоделся и… понял, что идти на завтрак рано. Не было ещё даже шести.

Бабушка накануне вечером пожелала мне удачи и куда-то уехала на сутки. Сказала, что по очень важному и срочному делу. Поэтому я заранее предупредил поваров, что в обеденном зале завтрак накрывать не стоит, что я приду завтракать на кухню и довольно рано. Но не настолько же.

Время впустую терять не хотелось, и я немного переиграл планы — отправился к источнику не после завтрака, а до. Пробыв у него около часа, я мог смело идти на кухню — в семь утра меня там встретили бы однозначно с большей радостью, чем в шесть. Ну а к девяти я уже должен был прибыть в имение Романова, чтобы оттуда вместе с Александром Петровичем отправиться в Астрахань.

Накануне в столицу в специальной коневозке уехала Тайга. Вместе с Семёном, который любезно согласился сопровождать лошадь, чтобы ей было легче перенести дорогу и стресс. Встретиться с Тайгой я должен был уже на границе, куда её вместе с другими лошадьми должны были доставить из Новгорода на военно-транспортном самолёте.

Я пришёл во внутренний двор, подошёл к источнику, привычно положил ладони на серовато-синий камень, открылся и принялся ждать ответа. Секунд через тридцать источник откликнулся, но как-то странно — камень усилил свечение, мой энергетический шар вроде бы начал появляться, а затем пропал. Будто его и не было. Мало того, мне показалось, что камень стал немного холоднее. И свет его стал тусклым — каким бывает, когда к нему никто не прикасается.

Не то чтобы я запаниковал, но напрягся. Впрочем, почти сразу это чувство меня отпустило, так как камень опять нагрелся, и я вновь почувствовал его тепло не только ладонями, но и всем телом. А ещё через какое-то время он стал ярче, и снова начал появляться энергетический шар. И снова исчез, не сформировавшись и наполовину.

Тут уже я занервничал по-настоящему. Но руки от камня не убирал, ожидая третью попытку. И дождался. И увидел, как она так же закончилась ничем.

Я убрал руки от камня и призадумался. Кроме того, что не мог сформироваться мой энергетический шар, ничего странного не происходило — по крайней мере, я ничего такого не ощущал. Наоборот, я чувствовал, как источник дарит мне энергию. Но почему тогда ничего не получалось с шаром?