Книга Большой проигрыш, страница 107 – Алексис Опсокополос

Портальный маяк вдовы кагана Абылая едва заметно светился, давая понять, что функционирует, но не более того. А ведь Александр Петрович и Дана договорились встретиться ровно в одиннадцать тридцать.

Кесарь хотел прибыть домой заранее, но смог лишь точно к назначенному времени, а вот Дана, судя по всему, задерживалась. Александр Петрович прошёл к бару, достал из него бокал и бутылку коньяка. Собрание с руководителями силовых ведомств, из-за которого кесарь чуть не опоздал, отняло много сил и нервов, и Романов решил, что пятьдесят граммов выдержанного крепкого напитка он заслужил.

Наполнив бокал на треть, Александр Петрович уселся в своё любимое кресло, сделал глоток, откинулся на спинку и закрыл глаза. В последние дни кесарь работал на износ — почти всё время он проводил в своей администрации или в рабочих поездках. Он и ночевал на работе — спал по два часа в день в специально отведённой для этого комнате, совмещённой с его кабинетом.

Домой Романов выбирался лишь раз в три дня. Реже было нельзя, ведь в имении находился родовой источник, без помощи которого Александр Петрович уже бы давно выдохся и физически, и эмоционально. Источник спасал кесаря — раз в три дня Романов приходил к нему заряжаться энергией и силой. Чтобы после этого ещё три дня работать по двадцать два часа в сутки. Впрочем, и этого времени катастрофически не хватало, чтобы осуществить всё то, что запланировал кесарь.

А сейчас он просто сидел в кресле с бокалом коньяка и никуда не торопился. Это было настолько забытое ощущение, что Александр Петрович почувствовал себя неуютно. Усмехнулся и сделал ещё глоток.

Романов решил подождать до полудня, но успел ещё всего лишь разок приложиться к бокалу, как оставленный Даной маяк начал ярко светиться и заискрился — запустился процесс установки портальных врат.

На всякий случай кесарь наложил на себя защиту — раз гостья опаздывала, значить что-то пошло не так. Стоило подстраховаться.

Примерно через полминуты врата были готовы, и ещё через полминуты из них вышла Дана.

— Здравствуй, Саша! Всё хорошо! — выпалила вдова кагана, предвосхищая напрашивающиеся вопросы. — Карим ни с того ни с чего захотел поговорить с Айсулу за час до моего отправления сюда. Сам понимаешь, я должна была дождаться, когда она вернётся, и убедиться, что это ничтожество не захочет ещё и со мной поговорить.

— Это хорошо, что всё хорошо, — сказал Романов, встал с кресла, посмотрел на часы и добавил: — У нас есть ещё пятнадцать минут. Выпьешь чего-нибудь?

— Нет, благодарю, — ответила Дана. — Лучше я тебе расскажу о наших новостях.

— С радостью послушаю, но сначала скажи, как Айсулу? Держится?

— А что ей остаётся? Переживает, конечно, боится, что ей придётся выйти за этого выродка, но держится.

— Ты не сказала ей, что свадьбы точно не будет?

— Это было бы рискованно. Карим и его менталисты постоянно следят за мной и Айсулу. И если я могу закрыться так, что никто не вскроет мою защиту, то девочка пока не владеет такими навыками. Её страх перед возможной свадьбой усыпляет бдительность Карима. Мне ужасно жаль, что приходится подвергать этому дочь, но рисковать нам нельзя.

— Ты права, рисковать нельзя, — согласился Романов. — И ты делаешь всё правильно.

— Я надеюсь, что это уже скоро закончится. Постоянно представляю, как предатель в итоге ответит за все свои выходки, и это придаёт мне сил.