Книга Шапка Мономаха, страница 81 – Алексис Опсокополос

— Хитро, — сказал я, наконец-то поняв, почему кесарь называл Золотой шлем Чингисхана одним из пяти Великих артефактов.

— Но справедливости ради стоит заметить, что Василий Третий имел полное право считать себя наследником Византии — он был наполовину Палеолог. И тот самый Константин Мономах был его предком. В любом случае это был очень умный ход — страна получила символ власти, и следующего князя всея Руси — Ивана Четвёртого короновали уже шапкой Мономаха.

Не согласиться с кесарем было трудно — ход действительно был хороший.

— Иван Четвёртый, он же Грозный, был сильным одарённым и вовсю использовал Великий артефакт для дальнейшего собирания земель вокруг Москвы, и в итоге он стал первым русским царём, — продолжил Романов. — Но, как это обычно бывает, нашлось много желающих заполучить шапку Мономаха, как бы тяжела они ни была. К тому времени все поняли, что Великий артефакт даёт невероятные преимущества тому, кто им владеет. Больше всех старались поляки. Очень уж они хотели империю «от можа до можа». Да и литовцы со шведами от них не сильно отставали. Но про смуту да про то, как в итоге Русь возглавили мои предки, ты и без меня должен знать, если, конечно, учил историю.

— Учил. Но сейчас понимаю, что нам много чего не рассказывали на уроках.

— В том числе вам не рассказывали, что почти сразу же после изготовления шапки Мономаха была сделана её копия, которую отправили в дар Вселенскому патриархату Константинополя. Зачем — не знаю. Возможно, Иван Третий хотел таким образом дополнительно выразить связь Третьего Рима со Вторым, либо были ещё какие-то причины. Иеремия Первый, бывший в ту пору Константинопольским патриархом, дар принял, и копия шапки Мономаха пятьсот лет хранилась в кафедральном соборе. И в тысяча девятьсот двадцатом году, во время посещения Константинополя Великим князем Андреем Владимировичем она всё ещё была там. И Андрей Владимирович, скорее всего, произвёл замену.

— Но зачем?

— Полагаю, он опасался, что по пути во Францию его могут ограбить. Или арестовать и конфисковать шапку. Времена были непростые: Константинополь был оккупирован войсками Антанты, турецкие националисты воевали с греками в Малой Азии, случиться могло всё что угодно. Видимо, Великий князь решил, что безопаснее оставить настоящую шапку в Константинополе, а потом, когда ситуация улучшится, вернуться за ней.

— Но почему-то не вернулся.

— Потому что шапка пропала. Была украдена и долгое время считалась утраченной. В начале двадцатого века тем, кто её украл, намного проще было продать отдельно камни и отдельно золото, переплавив его. Однако этого не случилось. Как оказалось, шапка всё же была продана целиком какому-то коллекционеру и хранилась в частной коллекции почти двести лет. А пять лет назад её вместе с некоторыми другими ценностями преподнёс в дар Стамбульскому Государственному музею пожелавший остаться неизвестным меценат. Сам понимаешь, я сразу же начал искать варианты, как мне до неё добраться. Три года мои люди выходили на директора музея, ещё год они уговаривали его продать шапку. В итоге он сдался. Ты даже не представляешь, во сколько мне это обошлось. В итоге мои люди передали директору музея полную копию шапки Мономаха, чтобы он мог осуществить замену, получили у него оригинал и доставили его мне.