Книга Возмездие, страница 83 – Алексис Опсокополос

И ещё мне вдруг показалось, что за моей спиной кто-то стоит. И не один. Я ощущал затылком какую-то невероятно большую силу — дружественную, но не похожую ни на что, с чем я когда-либо встречался. Я чувствовал пульсацию этой силы или, если так можно было сказать, её дыхание.

Всё это было удивительно. Казалось бы, мне в спину «дышало» неизвестно что, но меня это совершенно не пугало. Наоборот, я ощущал невероятное спокойствие. Я был уверен — за спиной свои. Возможно, это и была та самая сила и мудрость предков, которая стоит за любым родовым источником.

Пока я обо всём этом размышлял, странные ощущения усилились. Мне казалось, что я куда-то падаю, но при этом я ощущал, что твёрдо стою на ногах. Было похоже, что я лечу в неведомом пространстве вместе с источником и небольшим клочком земли вокруг него. Куда лечу — неизвестно. И вместе с этим усиливался жар в правой руке, он стал почти невыносимым, и вдруг меня словно пронзило электрическим разрядом, и резко всё прошло.

Я снова отчётливо мог разглядеть стены внутреннего двора и слышал раздающееся издалека пение птиц. Бабушка убрала свою ладонь с моей руки и сказала:

— Теперь мы с тобой связаны, Рома.

— Это что-то типа метки кесаря? — поинтересовался я.

— Нет, мальчик мой, это особая связь, закреплённая силой рода, — ответила бабушка и улыбнулась, но в этот раз улыбка получилась у неё какая-то вымученная, видимо, в отличие от меня, княгиня Белозерская не черпала силы во время странной процедуры, а тратила. — Если со мной что-то случится, если моя искра угаснет, то хранителем источника станешь ты, Рома. А потом и главой рода, когда будешь соответствовать.

Мне очень захотелось спросить, что надо сделать, чтобы соответствовать, но я постеснялся перебивать бабушку, а она тем временем продолжила:

— Я прожила долгую жизнь. И очень насыщенную. Не знаю, сколько мне ещё осталось, но последние шестьдесят лет я чувствовала, что в этом мире у меня больше нет родственных душ. Это не одиночество, нет. С одиночеством я умею справляться. Это ощущение того, что в мире не осталось никого, кто был бы для меня по-настоящему важен. Мой сын решил посвятить себя служению Родине и не вернулся с первой магической войны, один внук пошёл по стопам отца и пропал уже в мирное время, второй внук помешался на идее эльфийского превосходства и сломал жизнь себе и моему правнуку.

Бабушка замолчала, было видно, что ей трудно это всё говорить, но тем не менее она тяжело вздохнула и продолжила:

— Тебя, Рома, назвали в честь твоего прадеда — моего сына, а его я назвала в честь одного хорошего человека. Очень хорошего человека. Ты мне его сильно напоминаешь. Он тоже был готов рисковать жизнью ради других. И рисковал. И ещё ты напоминаешь мне своего прапрадеда — вы даже внешне немного похожи. Макс тоже не раз рисковал жизнью ради других людей, подчас совершенно ему незнакомых.

Бабушка говорила очень тихо, но каждое её слово звучало на удивление отчётливо и просто впечатывалось в моё сознание.

— Ты напоминаешь мне тех, кто был мне очень дорог. И не просто напоминаешь — ты их продолжение в этом мире. И я сделаю всё, чтобы тебя защитить. Потому что могу. И потому что должна. И я не завидую тому, кто встанет на моём пути!

Чтобы успеть на десятичасовой поезд в столицу, я должен был покинуть имение княгини Белозерской не позже восьми часов утра. Поэтому в семь сорок пять мы с бабушкой закончили завтракать и вышли во двор. Ристо уже подал машину и укладывал в багажник мои вещи, которые принесла прислуга. Дьяниш и Тойво тоже уже были во дворе, они стояли недалеко от машины и о чём-то негромко переговаривались.