Онлайн книга «Вызов»
|
— Представляю. И много на эту тему думаю в последние дни. — Но есть ещё один вариант: мне тут намекнули, что после избрания императора, если его, конечно, изберут, будет амнистия. — Если не помешаем — изберут, — со злостью произнёс Константин Романович. — Так вот, — продолжил Дроздов. — Будет общая амнистия для некоторых категорий отбывающих наказание и, помимо этого, можно будет обратиться к императору с прошением о помиловании. И он точно не откажет. Он не сможет отказать. Ему нужно будет налаживать контакты и отношения со всеми расами и со всеми кланами. Он обязательно Вас помилует. — Ты слышишь, как это звучит? — мрачно спросил Константин Романович. — Меня, князя Седова-Белозерского, магистра «Русского эльфийского ордена» помилует какой-то человечишко, пусть и взошедший по иронии судьбы на престол. Что может быть большим позором? — Ваше Сиятельство… — Посмотри на это! — перебил князь адвоката и указал на свой контролирующий обруч. — Люди надели на нас ошейники. На самых уважаемых и влиятельных эльфов Петербурга жалкие людишки надели ошейники, как на беглых каторжников! И теперь они хотят, чтобы мы приползли на брюхе просить милости у этого выскочки Романова. А он даже не прямой наследник бывшей правящей династии. По сути, он, вообще, никто! И я должен умолять это ничтожество меня помиловать? Не будет этого! Никогда! Князь Седов-Белозерский ещё не забыл, что такое — эльфийская гордость и эльфийская честь! Старый князь разошёлся, его глаза сильно заблестели, а кожа приобрела неуловимый синеватый оттенок и стала немного светиться. — Ваше Сиятельство! — испуганно затараторил адвокат. — Пожалуйста, не нервничайте! Ваше Сиятельство! Не стоит! Это опасно! — Не бойся, — горько усмехнувшись, произнёс Константин Романович. — Не взорвёмся. Я контролирую себя и свою магическую энергию. Князь на несколько секунд сомкнул веки, а когда открыл глаза — в них уже не было того неестественного блеска. Кожа постепенно вернула себе обычный цвет. Константин Романович собрался духом и твёрдо, отчётливо проговаривая каждое слово, произнёс: — Прошение о помиловании мы подавать не станем! — Я понял Вашу позицию, — сказал Дроздов. — Разрешите только, Ваше Сиятельство, донести полную информацию. Я, как Ваш защитник, просто обязан это сделать. — Хорошо, доноси. — Преимущество помилования перед выигранной апелляцией в том, что апелляция лишь уменьшит наказание, а вот помилованный получит свободу сразу же и без каких-либо условий. Я не уговариваю Вас, но если Вы подадите прошение, и император его удовлетворит, то Вы станете абсолютно свободны. — Я услышал твои слова, Клим. И я отказываюсь от участия в этом позоре. И не вижу смысла подавать апелляцию. Гнить в тюрьме десять лет, да даже пять, у меня нет никакого желания. Особенно, осознавая всё это время, что Романов сидит на престоле. — Но что мы тогда будем делать? — удивился адвокат. — Есть всего два варианта, и от обоих Вы отказались. — Есть третий — не дать Романову стать императором! — Но как это поможет Вам выйти на свободу? — Никак. Дроздов окончательно растерялся и сказал: — Я не понимаю, Ваше Сиятельство. — Да что тут понимать? — вздохнул князь. — Сейчас руководство нашего ордена является заложниками у Романова. Самыми обычными заложниками. Он надел на нас ошейники и посадил в тюрьму, чтобы мы не мешали ему провернуть его грандиозную аферу. |