Книга Выбор, страница 58 – Алексис Опсокополос

Так как острые и неприятные темы за трапезой обычно не затрагивают, мы беседовали об учёбе, о прошедшем турнире и о перспективах, что открывались перед выпускниками лучшей в стране магической академии. Меня спросили, как мне нравится Кутузовка, я ответил, что в восторге от учебного заведения, от преподавателей и особенно от ректора.

Так мы и проболтали ни о чём до десерта. Но когда прислуга начала разливать по чашкам чай, у князя зазвонил телефон. Фёдор Сергеевич принял звонок, выслушал от кого-то информацию, после чего сказал в трубку:

— Хорошо. Проводите в обеденный зал.

После этого Зотов убрал телефон и обратился ко мне:

— Роман, у меня есть для тебя сюрприз. Во время нашего вчерашнего разговора мне показалось, что ты себя чувствуешь, будто не в своей тарелке. И это неудивительно — после такого опасного приключения нужно время, чтобы полностью прийти в себя. А тут ещё это вынужденное заточение. К тому же ты говорил, что очень переживаешь за свою девушку, и что она волнуется и не находит себе места. Я решил, что это неправильно.

Я не успел переварить слова Зотова, как прислуга открыла дверь, и на пороге обеденного зала появилась Мила. Увидев меня, она помчалась ко мне со всех ног. Я едва успел встать из-за стола, как моя девушка бросилась мне на шею.

Признаться, я был удивлён, если не сказать больше, и совершенно не представлял, как вести себя в этой ситуации. Конечно, я обрадовался, но при этом представил, каково сейчас Арине, которая накануне фактически призналась мне в любви. Хоть я и не был инициатором приезда Милы, но некоторую неловкость почувствовал. Моя девушка тем временем принялась меня расцеловывать и рассказывать, как она рада, что я цел и невредим.

— Всё хорошо, — сказал я, обняв Милу. — Не стоит так бурно реагировать, а то мы сейчас стол перевернём.

Успокаивая свою подругу, я мельком взглянул на каждого из Зотовых. Князь выглядел очень довольным, княгиня не выражала вообще никаких эмоций, а княжна побледнела и сжала губы. Мне казалось, она сейчас вскочит и швырнёт в нас с Милой файербол или что похлеще — глаза Арины горели такой неприкрытой ненавистью, что и без склонностей к эмпатии можно было понять её эмоции.

— Благодарю Вас, Фёдор Сергеевич! — сказал я. — Это действительно сюрприз. Я и мечтать о таком не мог. Вы ведь говорили, что никому нельзя рассказывать о том, что мы спаслись.

— Мы с Иваном Ивановичем сегодня утром обсудили этот вопрос ещё раз, и он дал добро на то, чтобы всё рассказать твоей девушке. Мила пообещала держать всё в секрете, и у нас нет причин ей не доверять.

Разумеется, я не поверил, что Зотову захотелось скрасить мою тоску и уж, тем более что они с Милютиным доверяют Миле. Скорее всего, время нашего с Ариной заточения подошло к концу, и хитрый князь решил воспользоваться удобным моментом, чтобы преподать наследнице урок. С его стороны это было жёстко, я бы даже сказал, жестоко, но в эффективности такого урока можно было не сомневаться. Арина — девушка неглупая и явно поняла, для чего её отец велел привезти мою подругу.

Арина сдерживалась изо всех сил и даже сделала попытку улыбнуться, чтобы поприветствовать Милу, но вышло это у неё не очень. Невооружённым глазом было видно, как сильно внутри княжны бурлят эмоции, и я даже поставил ментальную блокировку, чтобы не переживать их вместе с ней. На княжну было больно смотреть, но чем я мог ей помочь? В конце концов, это было семейное дело Зотовых. Князь воспитывал свою дочь, и мне лишь оставалось быть невольным участником этого процесса.