Книга Выбор, страница 116 – Алексис Опсокополос

Все надежды были на дедушку Глеба. С его влиянием он должен был решить возможные проблемы. Но всё равно было неудобно за то, что я их создал. Как ни крути, для московского КФБ я был гостем Денисовых, другом их сына, значит, им предстояло, как минимум объясниться, почему их гость натворил в Москве столько дел. Да и Глебу могло достаться от деда за такого друга.

Но с другой стороны, что я мог поделать? Всё сложилось так, как сложилось. О чём-либо сожалеть было глупо. Имело смысл лишь минимизировать негативные последствия. И в конце концов, если бы Глеб меня не бросил одного в стрипбаре, ничего этого могло бы и не случиться. Мне, вообще, было интересно, куда он делся и почему до сих пор мне не позвонил. Я был уверен: он так и не вернулся в бар.

Скорее всего, Глеб загулял и пока ещё не вспомнил обо мне. Или же к Денисовым уже наведались представители московского КФБ, и родители запретили Глебу общаться со мной. А может, он звонил мне и, не дозвонившись, решил, что я познакомился в баре с какой-нибудь стриптизершей и весело провожу с ней время.

Случиться могло всякое, и забивать себе голову предположениями было глупо. Имело смысл просто подождать или самому позвонить Глебу. Но, в конце концов, почему звонить должен был я? Кто кого бросил в незнакомом месте? Да и в принципе не хотелось ни с кем разговаривать перед встречей с Милой.

Я уже предвкушал, как увижу и обниму свою девушку, как крепко её поцелую, как опять позвоню от имени соседа по комнате в ресторан и закажу кучу вкусностей, как мы устроим пир с продолжением, и как весь мир подождёт до утра со всеми своими проблемами.

Приехав в академию, я сразу же пошёл в общежитие. Точнее, побежал — очень уж не терпелось поскорее увидеть и прижать к себе Милу. После всего, что со мной приключилось в Москве, после всех пережитых испытаний и стрессов хотелось обнять самого близкого человека и наконец-то спокойно выдохнуть.

Я забежал в общежитие, пулей заскочил на нужный этаж и в предвкушении встречи постучал в дверь комнаты Милы. Но никто мне не отворил. Я постучал сильнее — результат был тот же. Я достал телефон, немного расстроившись, что сюрприз не удался, и стал набирать номер своей девушки. Но в последний момент нажал на кнопку отмены, так как вспомнил: Мила говорила, что занятия у Игнатьева длятся до обеда. Значит, шанс на сюрприз оставался, и я направился на арену.

Ещё подходя к арене, я услышал доносящиеся изнутри крики и шум — занятия были в самом разгаре. Дверь в здание была приоткрыта, я вошёл и огляделся. На самой арене находились Ярослав Васильевич и пятеро старшекурсников. Ещё около десяти студентов сидели на трибунах и наблюдали за занятиями. Ни среди первых, ни среди вторых Милы я не заметил. Постояв немного и окончательно убедившись, что моей девушки в здании нет, я вышел на улицу.

Я отошёл от арены, достал телефон и набрал номер Милы. После нескольких гудков из динамика раздался весёлый голос моей девушки:

— Рома, привет!

— Привет, — сказал я. — Что делаешь?

— Да вот только что закончились занятия у Ярослава Васильевича. Сейчас добегу до общежития, приму душ и перезвоню тебе. Где-то через полчасика. Договорились?

На секунду мне захотелось продолжить эту игру, и я почти дал добро на созвон через полчаса, но потом стало противно, и я сказал: