Книга Отверженный, страница 146 – Алексис Опсокополос

— Нет. Они боятся, что я в тебя влюблюсь.

Я, конечно, был видным парнем и довольно-таки уверенным в себе, но мне было трудно представить, что в меня, студента подготовительного курса, по большому счёту теперь ещё и безродного, может влюбиться студентка второго курса, да ещё и наследница влиятельного аристократического рода.

— Ты в меня влюбишься? — переспросил я, улыбнувшись. — А разве такое возможно?

И тут я понял, что сморозил глупость. Арина неожиданно покраснела, причём довольно густо, прекратила улыбаться и довольно резко ответила:

— Очень надеюсь, что нет.

Но мало того что это прозвучало довольно фальшиво, так я ещё и почувствовал, что княжна лжёт. А если так, то выходило, что как раз таки наоборот — она была не против, чтобы в меня влюбиться или, что ещё хуже, это уже произошло.

Вот только этого мне ещё не хватало. Мне сразу же тоже стало не до смеха. Только с Милой отношения наладились, а тут такое. Хорошо хоть, князь решил найти дочери жениха, и оставалось надеяться, что он эту задачу выполнит быстро. Хотя стоило признать — не будь у меня Милы, я бы Зотову планы по поиску жениха с удовольствием сорвал. Слишком уж хороша была молодая княжна.

Арина тем временем совладала с эмоциями, натужно улыбнулась и сказала:

— Мне пора. А ты ещё немного полежи. Пока тебя не осмотрит Елизар Тимофеевич, лучше отсюда не уходить. Как минимум он должен тебе с лица убрать все ссадины, не будешь же ты так по улицам ходить.

— А когда он меня осмотрит? — поинтересовался я.

— Думаю, часов до трёх должен зайти. А через час Лиза принесёт тебе обед. Выздоравливай!

После этих слов Арина быстро покинула комнату, а я остался лежать и размышлять, что мне теперь надо сделать, чтобы княжна Зотова в меня не влюбилась. Но что-то мне подсказывало: делать что-либо уже поздно.

Как и сказала Арина, примерно через час после её ухода пришла Лиза и принесла обед. Было вкусно, но мало, наверное, до осмотра лекарем мне нельзя было наедаться от пуза.

После обеда я уснул, а разбудил меня уже Елизар Тимофеевич. Лекарь быстро осмотрел меня, убрал все ссадины с лица, извинившись, что не успел это сделать раньше, и после этого заявил, что я совершенно здоров, хотя и порекомендовал ещё несколько дней избегать сильных физических нагрузок.

На мой вопрос, когда я смогу вернуться в общежитие, Елизар Тимофеевич ответил, что в любой момент, но посоветовал дождаться князя, так как тот хотел со мной поговорить.

И сам хотел увидеться с Фёдором Сергеевичем и поблагодарить его за спасение и помощь, но лишний раз не хотел надоедать князю. А раз уж он сам желал со мной поговорить, то однозначно стоило дождаться вечера.

Вернулся Зотов раньше, чем полагал лекарь. Уже в начале шестого за мной пришёл Филипп и проводил к князю в кабинет.

Фёдор Сергеевич находился в приподнятом настроении, тепло меня поприветствовал, спросил, не хочу ли я чаю или кофе, и предложил присесть на одно из двух кресел, стоявших возле небольшого чайного столика. Я отказался от напитков и занял одно кресло. Князь почти сразу же сел во второе.

— Рад видеть тебя в хорошем здравии, Роман, — сказал хозяин кабинета.

— За это я в первую очередь должен поблагодарить вас, — ответил я.

— В первую очередь Елизара Тимофеевича и своего друга, который не дал твоей искре погаснуть, — поправил меня Фёдор Сергеевич. — А потом уже можно и меня.