Книга Отверженный, страница 103 – Алексис Опсокополос

Поединок вышел очень необычным, даже преподаватели смотрели на него с явным интересом. В какой-то момент мне показалось, что Мила начала доминировать — Софья всё больше отбивалась и почти не атаковала. Однако через некоторое время приверженка магии воздуха неожиданно отбежала в сторону, сгенерировала электрический смерч и направила его на Милу. Этого никто не ожидал. Нам не показывали это заклятие, возможно, Софья изучила его сама.

Преподаватели искренне удивились, но поединок не остановили — правилами не запрещалось использование заклятий, выученных самостоятельно. Быстрый поток воздуха закружил Милу, не давая ей сконцентрироваться. Сотни небольших молний били в неё со всех сторон. Моя девушка не падала лишь потому, что её удерживал смерч.

Заклятие длилось около тридцати секунд, после чего смерч исчез, а Мила рухнула на пол арены. Лекарка хотела сразу подбежать к девушке, но рефери остановил её, посчитав, что поединок ещё не закончился. И Ярослав Васильевич оказался прав — Мила смогла подняться. Вся в ожогах и синяках она стояла и ненавидящим взором смотрела на Софью, которая с улыбкой победительницы направилась к моей девушке, чтобы нанести последний критический удар.

Закончились ли у Софьи силы для генерации очередной молнии или же ей просто захотелось уложить Милу на пол физическим ударом, этого я не понял. Я смотрел, как соперница подошла к моей девушке и замахнулась на неё, чтобы отвесить смачную и унизительную затрещину.

Но, как это часто бывает, излишняя самоуверенность не пошла Софье на пользу. Настало время Милы удивить всех. Моя девушка каким-то чудом сгенерировала защиту и тут же бросилась к сопернице, яростно в неё вцепившись. Девушки упали на пол.

Софья пыталась освободиться от цепких объятий Милы, но у неё ничего не получалось. А огненный щит держался, нанося приверженке магии воды большой урон, и в итоге от соприкосновения с щитом она просто-напросто загорелась. Тут-то рефери и прекратил поединок, подскочив к девушкам и растащив их в разные стороны.

К Софье тут же подбежала лекарка и принялась приводить её в чувство. Мила, не в силах встать, поползла к краю арены. Ярослав Васильевич объявил мою девушку победителем, а я бросился к ней и помог подняться. Лицо у Милы было уставшим, разбитым, но счастливым.

Следующими должны были выйти на поединок мы с Артёмом, но куратор, увидев, что я помогаю Миле, передвинул наш бой, отправив на арену другую пару.

— Ну ты выдала, — сказал я Миле, когда она пришла в себя настолько, чтобы понимать, что ей говорят. — Поздравляю с победой!

— Это было здорово! — ответила моя девушка. — Просто невероятно!

— Победа?

— Всё! Поединок! И победа тоже! Это что-то потрясающее!

Мила на радостях поцеловала меня — крепко, искренне, не обращая внимания на одногруппников и преподавателей. Поцеловала так сильно и чувственно, что я ощутил солёный привкус крови с её разбитых губ.

Такой свою девушку я ещё не видел: глаза Милы горели, от неё исходили сильнейшие эмоции — эйфория и невероятное возбуждение. Признаться, я даже немного расстроился — за всю предыдущую ночь любви моя подруга ни разу не испытала таких ярких эмоций, а я-то уж мог их читать.

Я смотрел на эту счастливую девчонку и всё больше убеждался в мысли, что она рождена для боёв. Осознание этого факта меня одновременно и впечатляло и немного напугало — стало понятно: с такой подругой будет непросто.