Книга Лицензия на убийство. Том 2, страница 72 – Алексис Опсокополос

— Типа того, — смеясь, согласился чешуйчатый здоровяк.

— По мне, так достойный бонус, — продолжил Лёха уже с некоторой издёвкой, — Рекомендую не упустить!

— Ну хотя бы питание его оплатите! — чуть ли не застонал начальник тюрьмы, который никак не мог смириться с тем, что ему ничего не перепадёт. — Он же ел!

Разводящий не обратил внимания на эти его слова, ещё раз усмехнулся и махнул рукой Ковалёву.

— Пойдём!

Однако контрабандист остался стоять на месте.

— Я не могу, — сказал он. — У меня здесь товарищ, напарник мой. Его тоже надо забрать.

— Что? Какой ещё напарник? — удивился кожаный пиджак. — Ты один был.

— Напарник, — упрямо стоял на своём Лёха. — Амфибос. Зовут Веллоо-Колло-Чивво. Его тоже надо забрать.

— Ты не заливай! Какой он тебе напарник? — начальник тюрьмы аж подскочил от возмущения. — Его за три дня до тебя задержали!

Кожаный пиджак сурово посмотрел на Ковалёва и сказал:

— Шутник, что ли? Пойдём! Хватит на сегодня веселья.

— Не пойду, — отрезал Лёха. — Я без него не найду место.

Чешуйчатый здоровяк нахмурился, но Ковалёв не собирался отступать. Амфибоса нужно было забрать с собой. Парень ради Лёхи поставил под угрозу свою жизнь, и оставить его в тюрьме — означало гарантировать уроженцу Далувора срок за убийство главаря шайки. В том, что бывший разведчик убьёт отморозка, Лёха не сомневался ни секунду. Он знал: амфибосы как никто другой из всех известных негуманоидных и гуманоидных рас, подходили под расхожее определение: мужик сказал — мужик сделал. И если его новый знакомый сказал главарю шайки, что убьёт того, перед тем как лечь спать, значит, обязательно убьёт.

И дело было не в том, что амфибосы такие уж кровожадные, наоборот, они были существами исключительно миролюбивыми. Просто уроженцы Далувора, как и любые другие живые существа, не любили расставаться с жизнью на пустом месте. И как люди перед сном убивают комара, залетевшего к ним в спальню, чтобы не покусал, так и амфибос убил бы перед сном отморозка, чтобы тот его не зарезал. Без эмоций, без жалости, но и без злости, всего лишь потому, что иначе этот человек доставит ночью проблемы. Правда, в отличие от убийства комара, за отморозка дали бы лет пять — десять, но это выглядело однозначно лучше, чем быть зарезанным во сне.

Ковалёв никак не мог допустить такого развития событий, учитывая, что храбрый амфибос спас ему если не жизнь, то как минимум куртку, которая, к слову сказать, была Лёхе очень дорога.

Несговорчивый контрабандист посмотрел «разводящему» в глаза настолько уверенным взглядом, что тот понял: свою посылку он увидит лишь в одном случае — если вытащит из тюрьмы и амфибоса.

— За его напарника задержали? — спросил чешуйчатый здоровяк у начальника тюрьмы тоном, не предвещающим ничего хорошего.

— За драку и сопротивление полиции, — осторожно ответил начальник. — Но он ему никакой не напарник!

— Ничего страшного, значит, если за драку, — сделал вывод кожаный пиджак. — Тогда мы амфибоса тоже забираем.

— Что значит, забираем? Вы переступаете границу дозволенного! — начальник тюрьмы начал переходить на визг. — А я даже не знаю, как вас зовут!

— Незнание моего имени сильно повышает Ваши шансы дожить до пенсии, господин, пока ещё начальник тюрьмы, — мрачно сказал «разводящий». — И это Вы переступаете границу. Моего терпения.