Книга Лицензия на убийство. Том 1, страница 87 – Алексис Опсокополос

— Господа! — закричал гуманоид, когда понял, что может их не догнать. — Подождите меня, пожалуйста!

Лёха и Жаб остановились. Маленький гуманоид подбежал к ним и преградил путь к лифту, растопырив руки.

— Это что за цирк? — удивлённо спросил Ковалёв. — Ты уверен, что можешь себе позволить вот так становиться перед нами, да ещё и руки растопыривать?

— Прошу прощения, — быстро сказал гуманоид, отступил, немного отдышался и более ровным голосом добавил: — У меня есть для вас очень выгодное предложение!

— Извини, друг, мы ничего не покупаем у мутных личностей типа тебя, — Лёха отодвинул странного незнакомца в сторону и нажал кнопку вызова лифта.

Кабина приехала, комедианты вошли внутрь, гуманоид протиснулся следом. Жаб нажал кнопку нужного этажа, лифт тронулся, а Лёха мрачно посмотрел на вынужденного попутчика:

— Ты хорошо подумал, прежде чем так поступать? Я же сказал: нам ничего не надо!

— У меня есть для вас настолько выгодное предложение, что вы просто обязаны его выслушать! — выпалил незнакомец.

— Не подумал. А зря, мог бы ещё пожить, — произнёс Лёха и демонстративно надвинулся на гуманоида, тот испуганно попятился в угол лифта, присел и закрыл голову руками.

Жаб, который, как обычно, не понял, что его друг дурачится, схватил его за плечи, отодвинул в сторону и сказал:

— Прекрати пугать беднягу! Давай послушаем, что за дело у него.

В это время открылись двери лифта, и все вышли на этаж. Гуманоид огляделся по сторонам, словно оценивал свои возможности на побег в случае неблагоприятного исхода разговора, и затараторил:

— Вас всё равно поймают! А затем отдадут хозяину! А я вам предлагаю очень выгодное дело!

Лёха схватил субтильного незнакомца за плечо, прижал к стене, мрачно посмотрел ему в глаза и произнёс:

— Говори всё, что знаешь!

— А что я знаю? — залепетал гуманоид. — Я знаю, что за вас обещали вознаграждение двести пятьдесят тысяч конфедеративных юаней. Стало быть, за вами сейчас начнётся такая охота, что и не описать словами. Если не уже началась, а я думаю, что началась.

— Это мы и без тебя знаем, — Лёха сдавил рукой плечо гуманоида так, что тот скривился от боли. — Что ты нам хочешь предложить?

— Сделку! Я хочу вам предложить сделку! Вас всё равно поймают, просто пока неизвестно, кто и как. И возможно, покалечат, когда будут ловить. Стало быть, это не самый лучший вариант! А я предлагаю вам заключить договор: вы мне сдаётесь, я вас отдаю хозяину, а премию делим! Шестьдесят процентов мне, а сорок вам!

— Что? — взревели беглые рабы в один голос так, что незадачливый переговорщик зажмурился от страха.

— Хорошо, хорошо, поровну поделим. Половину мне, а половину вам, — гуманоид приоткрыл глаза, увидел выражения лиц Лёхи и Жаба и тотчас же исправился: — Я хотел сказать поровну на троих!

— Ты идиот? — начал приходить в себя Ковалёв после вспышки гнева.

Он ослабил хватку, а затем и вовсе отпустил плечо незнакомца. Тот усиленно начал его тереть рукой — видимо, затекло.

— Нет. Я адвокат. И зря вы так сердитесь. Просто немного задумайтесь: у вас реально нет шансов, а я предлагаю вам по восемьдесят три тысячи конфедеративных юаней. Это большие деньги.

— А как мы их потом получим, если нас, как рабов, увезут в наручниках? — поинтересовался Жаб исключительно из любопытства, но гуманоид понял его неправильно, он оживился и снова стал потирать ручки.