Книга Лицензия на убийство. Том 1, страница 146 – Алексис Опсокополос

Носок перевёл дыхание, перехватил на себе непонимающие взгляды и пояснил:

— Я почитал законодательство! Каждый вступивший в Трудовой Легион может в любой момент расторгнуть контракт. Правда, для этого надо оплатить расходы на его доставку к месту работы, питание и прочие мелочи. И иногда заплатить штраф. В случае, если легионер проработал достаточное время, штраф просто высчитывают с зарплаты. Стало быть, я заплачу за дорогу и штраф, и вы будете свободны. А дальше тоже всё не так уж и сложно. На Лакфане выращивают хэнлорыж — любимый фрукт кхэлийцев! Транспортные шаттлы с этой вонючей гадостью ежедневно разлетаются во все места Обитаемого Пространства, где живут кальмары. Кстати, если вы не видели, а точнее, не обоняли хэнлорыж, то поверьте: лучше работать в шахте по двенадцать часов в день, чем один час собирать это кхэлийское лакомство.

— Можешь не рассказывать, — перебил Носка Лёха. — Когда наш бывший якобы хозяин жрал эту гадость, плакали все обитатели виллы, которые не имели щупалец. Вонь стояла такая, что слезились глаза и у меня, а я не плакал даже в болотах Клебоса!

— Я рад, что вы в курсе, — продолжил Носок. — Так вот, при полёте на Лакфан у вас не спросят ни имён, ни документов! Во-первых, потому что вы будете легионерами, а во-вторых — рейс с Тропоса на любую из колоний считается внутренним, и пограничного контроля на таких рейсах нет. А с Лакфана на Олос вы переправитесь на любом из транспортных шаттлов за не очень большую сумму. Я в своё время половину Обитаемого Пространства на транспортниках пересёк — это самый дешёвый способ путешествовать, между прочим, если знать, как договариваться с капитаном. А я знаю! И опять же, стало быть, никто не спросит вашего имени.

Носок умолк, а комедианты некоторое время обдумывали его предложение. В конце концов, Жаб пожал плечами и произнёс:

— Мне нравится этот план. К тому же, другого всё равно нет и не будет.

— Не скажу, что он мне нравится, но поддержу мнение, что другого нет и не будет, — сказал Ковалёв, подошёл к адвокату и крепко пожал ему руку. — Носок! Ты растёшь в моих глазах с каждым днём! Однако в следующий раз вместо воды приноси пиво!

— Если бы я принёс пиво, вы бы, господин Лёха, не смогли его пить в культурном учреждении, коим является данный музей под открытым небом! Стало быть, в любом случае выразили бы недовольство.

— И на это у тебя ответ есть, — усмехнулся Ковалёв. — Однозначно, парень, ты растёшь, общаясь с нами! Поехали в твой вербовочный центр — может, ещё на ужин успеем. Или на завтрак. А то сэндвич, это, конечно, хорошо, но мало. Тем более с водой!

Неожиданно улыбка сошла с Лёхиного лица, и он со всей силы ударил кулаком по стеклянному кубу, да так, что испугал и без того несчастную рыбку.

— Твою мать, я и забыл совсем в этом бардаке! Меня же дочь сегодня весь вечер прождала, — взвыл Ковалёв и лупанул кулаком по стеклянному кубу ещё раз. — А я опять облажался! Дочь, как обычно, ждала, а папа, как всегда, не пришёл. Представляю, что по этому поводу сказала Джия.

— Ну, зачем ты сразу всё в таком мрачном свете видишь? — попытался сгладить ситуацию амфибос. — Может, твоя дочь смотрела новости, узнала о твоих проблемах и поняла, что ты просто не смог приехать. И она не расстроилась.