Книга Лицензия на убийство. Том 1, страница 102 – Алексис Опсокополос

Именно поэтому Жаб никогда не пил спиртного. Он несколько раз пробовал выпить с Лёхой, но ничего хорошего из этого не получалось. Алкоголь выводился быстрее, чем амфибос успевал опьянеть. Один раз Ковалёв уговорил друга выпить литр водки залпом, и впервые в жизни Жаб опьянел. Длилось это ровно минуту, после чего сын Далувора снова стал трезвым и липким. И он пуще прежнего удивлялся: зачем его друг Лёха пьёт эту гадость?

Амфибоса можно было понять: выпив водки и вмиг опьянев, он уже успел потерять контроль над собственным телом, но ещё не начал получать от этого удовольствие. Понятно, что с непривычки такое вряд ли кому пришлось бы по душе. А пояснения друга, что в процесс выпивки надо входить долго и с расстановкой, остались непонятыми.

Жаб довольно быстро дошёл до отеля. Для бывшего разведчика найти путь к нему не составило труда. Он запомнил маршрут, когда они ехали на такси в ресторан. Виртуальная помощница, видимо, подобрала самый ближний — по дороге такси ни разу не нырнуло под землю, отель и ресторан находились всего в пяти — шести кварталах друг от друга. Похитителям комедиантов удалось отъехать от ресторана тоже не очень далеко.

Когда Жаб подошёл к отелю, он не стал прятать Лёху и пытаться тайком пронести друга в номер, а вошёл через главный вход. Амфибос положил друга на диван в лобби и сказал портье:

— Вызовите доктора, на нас напали на улице!

Портье бросился звонить врачу, а к Жабу подошёл щуплый гуманоид, предлагавший ранее комедиантам заключить сделку.

— Вот видите — оказывается, не все из них готовы ждать вас на орбите, — осторожно начал разговор навязчивый адвокат.

— Ты чего припёрся опять? — сердито буркнул амфибос.

— Напомнить, что моё предложение остаётся в силе, но я готов обсуждать условия.

— Пошёл вон, пока я тебе шею не сломал! — рявкнул Жаб.

Слова амфибоса показались гуманоиду достаточно серьёзными, и он отошёл на почтительное расстояние.

В этот момент в лобби вбежал дежурный врач отеля. Не успел он ничего спросить у Жаба, как тот указал рукой на лежащего на диване Лёху. Доктор подскочил к Ковалёву и быстро пощупал у него пульс на шее. Какой бы ни была техника диагностики, но первое движение врача осталось таким же, как и тысячи лет назад — вручную попытаться прощупать пульс.

Убедившись в наличии пульса, врач быстро подключил к запястью Лёхи небольшой приборчик для измерения жизненных параметров и тут же взял кровь из пальца. Не отходя от комедианта, он капнул несколько капель крови на панельку-приёмник переносного анализатора, после чего проверил показания подключённого к запястью прибора. Затем доктор посмотрел на Жаба и спросил:

— А что, собственно, произошло-то? Почему он без сознания?

— Да какой-то гадостью в лицо брызнули, — ответил амфибос.

Анализатор запищал и выдал что-то на монитор, эта же информация отобразилась у врача на планшете. Доктор внимательно посмотрел на экран, затем, улыбнувшись, поднялся и обратился к Жабу:

— Отнесите его в номер. Пусть отдыхает. Утром будет как огурчик — зелёный и пупырчатый!

Тут до врача дошло, что всё это он говорит немного зелёному и немного пупырчатому амфибосу, к тому же не понимающему шуток. И доктор, как ни в чём не бывало, повернул разговор в серьёзное русло:

— Ничего страшного — небольшое отравление. Как я уже сказал, к утру и следа не останется. Но если вы хотите узнать, чем именно его отравили, рекомендую отвезти вашего друга в госпиталь для обследования. Вы хотите это узнать?