Книга В огне 2, страница 86 – Алексис Опсокополос

— Будет время — проверим, — сказал я. — Но если в ближайшие часы на нас опять нападут, проверки придётся отложить. Поэтому давайте использовать то, что есть. Двое ценных — уже хорошо.

— Только разговорчивый из них лишь один. И тот не сильно. Но я и второго разговорю. У меня к нему отдельный интерес, давний, — Колян перехватил мой непонимающий взгляд и пояснил: — Помнишь, я выследил двоих орков, что костёр запалили? Вот это один из них. Я прямо чую, что он много чего рассказать может. Но пока не хочет.

Колян сделал паузу и негромко добавил:

— Пока.

При этом мой друг так ухмыльнулся, что стало неприятно. Не то, чтобы я переживал за незнакомого мне помощника Шамана, но Колян пугал.

— Но я так понимаю, раз вы меня искать собирались, тот первый, который более разговорчивый, уже сказал что-то ценное? — перевёл я разговор ближе к основной теме.

— Правильно понимаешь! — подтвердил мою догадку Соломоныч. — Сейчас его приведут, но что-то я устал, давайте в переговорку переместимся, там стулья мягче и кондиционер лучше работает.

Намёк я понял, и мы отправились в подвал. Почти сразу же туда привели того самого немного разговорившегося пленника.

Хоть я и не мог видеть в переговорке характеристик пленника, но в данном случае этого не требовалось. Человека, которого привели для допроса, я знал достаточно хорошо. Это был Григорий Сазонов, бывший красный главарь, сумевший нас всех убедить, что встал на нашу сторону. Он был одним из помощников Савкова-Шамана. После бегства последнего, разумеется, Сазонов попал в группу лиц, к которым мы пристально приглядывались.

Но обвинять в сговоре с Шаманом всех, кто работал с лже-Савковым было глупо. Приглядываться — да, но слишком уж много народа попадало под подозрение, чтобы применять к ним превентивные меры на всякий случай.

Надо сказать, несмотря на предательство Сазонова, меня порадовал тот факт, что в ближайшем моём окружении и в руководстве нашим отрядами больше «крыс» не было. Либо же они ещё не раскрылись. Но я предпочитал надеяться на первое.

— И снова здравствуйте, — угрюмо сказал Сазонов, пройдя в сопровождении охранника к столу и садясь на стул.

Учитывая, что пленник был в наручниках, а нас было трое, я отпустил охранника. Когда тот покинул комнату, Соломоныч сказал:

— Давай, Гриша, быстро и коротко расскажи Максиму всё, что нам поведал.

Сазонов вздохнул и вместо рассказа, задал вопрос:

— Что со мной будет?

— Да что вы все одно и то же спрашиваете? — с нескрываемой издёвкой произнёс старый коммерс. — Будто других тем нет для разговора.

— Меня больше всего сейчас волнует эта, — спокойно ответил пленник.

— Не знаю я, что с тобой будет, — честно ответил я. — Решим позже. И многое будет зависеть от того, что ты нам расскажешь.

— Я не так много знаю.

— Ну так рассказывай, что знаешь! — неожиданно психанул Колян. — Задолбал ты уже!

Сазонов одарил моего друга ненавидящим взглядом, ещё раз тяжело вздохнул и сказал:

— Мы получили приказ поддержать изнутри тех, кто будет атаковать штаб.

— Штаб? — переспросил я. — И конкретно, кто вы?

— Штаб и храм, — ответил пленник. — Мы это те, кто служит Шаману.

— Сколько вас?

— Я не знаю.

— Не верю! — я повысил голос.

— Честно не знаю. Шаман не тот человек, чтобы делиться такой информацией.