Книга В огне 2, страница 71 – Алексис Опсокополос

А теперь всё изменилось. Элину убили. Превратившиеся в животных, называющие себя орками, сумасшедшие люди убили эту беззащитную светлую девушку. И теперь, когда её не стало, словно порвалась последняя тонкая ниточка, связывавшая всех нас с прошлой жизнью. Теперь мы могли стать безжалостными и жестокими, последний предохранитель сгорел.

Никогда ранее у меня не было такого сильного желания кому-либо отомстить. А теперь я хотел убить каждого, кто находился за стенами Свободного Города, уничтожить всех адептов Магии Крови без единого шанса убежать или сдаться в плен. Возможно, ещё и Система каким-либо образом подогревала мои эмоции, запуская в организме выработку какого-нибудь гормона. Но я был уверен, в этот момент такие показатели, как ярость и агрессия, вышли у меня на максимальный уровень. Я посмотрел на Элину, на её безжизненное лицо, которое не покинули улыбка и удивление, и прорычал:

— Я не знаю, кто это сделал, но мы отомстим за тебя, Элина, всем вражеским оркам и Шаману! Мы отомстим!

В этот же момент перед носом появилась надпись:

ВНИМАНИЕ! ВЕРХОВНЫЙ МАГ ОГНЯ ОБЪЯВИЛ КЛАНОВЫЙ КВЕСТ «ОТОМСТИТЬ ЗА ЭЛИНУ МАЕВСКУЮ» УЧАСТНИКАМ КВЕСТА СЛЕДУЕТ УНИЧТОЖИТЬ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ ОРКОВ — АДЕПТОВ МАГИИ КРОВИ. ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ УСЛОВИЕ — УНИЧТОЖЕНИЕ ИЛЬИ «ШАМАНА» КОРОБЕЙНИКОВА

Меня это объявление привело в ярость. Мой искренний душевный порыв к мести трансформировался в квест, и выглядело это всё, будто я хочу использовать гибель Элины для прокачки. Я даже не осознал сразу, какую серьёзную подсказу выдала мне Система, раскрыв настоящее имя Шамана.

Гарик, который тоже увидел надпись, обернулся, посмотрел на меня пустыми заплаканными глазами и сказал:

— Я убью их всех! Я буду резать каждого! Каждого!

Стоявший возле Гарика, Боб похлопал товарища по плечу и сказал:

— Держись, брат! Мы отомстим. Мы обязательно отомстим.

Когда злость на Систему прошла, я всё же оценил её подарок. И хоть я не знал, как использовать полученную информацию, но понимал, что она мне обязательно пригодится.

«Ещё один Илья на мою голову, — подумал я. — Везёт мне на ребят с этим именем».

Выразив самые глубокие соболезнования Гарику, я расспросил у ребят, занимающихся опознанием погибших, не видели ли они Соломоныча. Получив отрицательный ответ, немного успокоился, хотя после того, что случилось с Элиной, успокоить меня могло только убийство Шамана. По крайней мере, в тот момент я был в этом уверен.

Я хотел уже пойти к храму, чтобы посмотреть, в каком состоянии он находится после атаки, как ко мне подошёл Ринат.

— Теперь понятно, почему первый отряд сразу не пришёл на помощь, — сказал майор и тяжело вздохнул. — Видимо, Чернышов только третьему успел передать приказ. Вон он там лежит с краю.

Ринат показал в сторону погибших и добавил:

— Более двадцати резаных ран. Суки!

Я кивком выразил согласие и подумал, что если бы самый боеспособный из засадных отрядов пришёл вовремя, возможно, многих жертв удалось бы избежать. Скорее всего, каких-то нескольких секунд не хватило Чернышову, чтобы сделать такой необходимый звонок.

Ринат ушёл, а я снова собрался идти к храму, но и в этот раз ничего не вышло. Ко мне подошёл заплаканный, всхлипывающий Червяков и, схватив меня за рукав, потащил со двора.

— Что случилось? — спросил я своего жреца, но тот молчал.