Книга В ярости, страница 34 – Алексис Опсокополос

Соломоныч тяжело вздохнул, было видно, что в конце разговора мы перешли на больную для него тему. Он встал с кресла и сказал.

— Мне надо идти. Приходи завтра на обед в «Гранд» к двум часам. Это ресторан в центре, в нейтральной зоне. Я приглашаю! Пообедаем вместе, ещё поболтаем. Расскажешь, как ты младшего Карпова поимел.

Соломоныч усмехнулся и подал мне руку. Я пожал её, попрощался и покинул его дом.

Выйдя от Соломоныча, я некоторое время постоял на улице. Идти в гостиницу не хотелось. Можно было погулять по городу, но накрапывал небольшой дождик, поэтому шансов на приятную прогулку не было. Немного пораскинув мозгами, я направился в ту домашнюю столовую, где два дня назад попробовал замечательный суп с фрикадельками. Есть не хотелось, да и рановато ещё было для обеда, но я решил, что можно пропустить там пару кружек кофе да поразмыслить о жизни. А ещё почему-то захотелось пива. Не знаю почему, может, потому что решил кофе кружками мерить, а кружки они не для кофе.

Добрался до столовой. Столик, за которым я сидел во время прошлого визита, был пуст. Присел за него и стал ждать Марину Кореневу. Долго ожидать не пришлось, приветливая женщина подошла почти сразу.

— Скажите, Марина, а у вас пиво есть? – спросил, и всё у меня внутри похолодело.

Это ж надо было так проколоться. Она мне своего имени в прошлый раз не называла. Конечно, это не было катастрофой. Я мог услышать, как её называл так кто-то другой. И тут же я вспомнил, как у моей Кати в характеристиках вылезает имя Анастасия. Вот бы Марина удивилась, будь у неё похожий случай. Но женщина не удивилась, даже не повела бровью, видимо многие посетители обращались к ней по имени.

— Есть светлое крафтовое по девяносто рублей за кружку, – ответила Марина и посмотрела на меня взглядом, требующим незамедлительного принятия решения.

— Будьте добры, кружечку!

— К пиву чего-нибудь?

— Пожалуй, не стоит. Я намерен тут дождаться обеда, не хочу совсем аппетит убить, – честно ответил я. – Пивка хватит.

Пока Марина ходила за пивом, я думал о том, что надо как-то учиться жить в общении с Системой и при этом скрывать этот факт от окружающих. Один раз прокол не заметили, но не факт, что в следующий раз будет так же. Поэтому следующего раза не должно было случиться.

Марина поставила на стол запотевшую кружку с пивом, и я, мигом схватив её, с нескрываемым наслаждением сделал несколько больших глотков. После чего перешёл на маленькие с перерывами. До обеда было далеко, а выпить больше двух кружек в мои планы не входило. Удовольствие удовольствием, а голова должна была оставаться ясной.

В ожидании обеденного времени я думал о Соломоныче, прокручивал в памяти наш разговор и пытался понять, для чего он пригласил меня завтра на обед? Такие люди просто так ничего не делают. Если ему было интересно лишь ещё раз поболтать, то можно было это сделать в другом месте. А он, судя по всему, пригласим меня в некое статусное для этого поселения заведение. Я был просто уверен в этом, так как такие люди, как Соломоныч, не в статусные заведения обедать не ходят.

Но зачем он это сделал? Показать блатным, что взял возможного Нового Игрока под свой контроль? Или показать это вообще всем? Возможно, отобедать с Соломонычем в крутом ресторане, было чем-то вроде «проездного» от Генриха. А точнее, это был такой же «проездной», только рассчитанный не на уличную шпану, а на людей посолиднее. Но зачем ему понадобилось брать меня под свой контроль и соответственно, под некий патронаж? Что ему от меня было нужно? Или, может, не ему, а кому-то другому? А он этому другому хотел показать, что поезд ушёл, толком и не остановившись на перроне? Возможно, всё было именно так. Но нужно ли это было мне? Зачем мне было идти на этот обед? Впрочем, ситуация сложилась как и с подарком от блатных: я не отказался от приглашения на обед просто потому, что не мог себе позволить отказаться. Но как на это могли отреагировать блатные? А как красные? Ведь, судя по всему, у них тоже были на меня какие-то планы. Вопросов набралось очень много, ответов не было ни одного.