Книга В шоке, страница 33 – Алексис Опсокополос

— Но у меня никаких шрамов на голове нет и не было!

— Ты думаешь, что тебе башку вскрывали что ли? Внутривенная инъекция и пошёл чип по кровотоку, как до мозга дошёл там и закрепился.

— А как он там закрепляется?

— Спроси чего-нибудь полегче. Я откуда знаю? Как-то крепится, к мозгу подключается. Там нано размеры. У чипа всех задач-то: сливать в Систему инфу о тебе, да давать тебе инфу от Системы, если конечно у тебя доступ есть. На самом чипе нет никакой информации. Вся инфа о каждом чипованном жителе Земли хранится в Системе.

— А как система эту информацию получает-сливает?

— Мобильные сети, вай-фай.

То-то я смотрю вай-фай сейчас везде, где надо и где не надо. Теперь хоть понятно, для чего.

— И как давно эта хрень происходит?

— С девяносто пятого года.

— А кто раньше родился, те без чипа?

— Почти все с чипами. С девяносто пятого по двухтысячный чипировали девяносто процентов населения. Тех, кто в теме — открыто, а основной народ через разные программы, в основном через вакцинации.

— А многие в теме?

— Каждый двадцатый.

— Это же до фига! И все молчат? Никто об этом не рассказывает?

— Есть те, кто рассказывает, но им всем дорога сразу на точку Ч. Короче, не задавай глупых вопросов, а то ничего рассказывать не буду больше. Как я уже сказала, вся информация со всех людей в мире поступает в единый центр, там обрабатывается, хранится и изучается. У каждого из нас там есть свой файл со всеми логами, за всю его жизнь с момента чипования. Контролирует это всё одна программа, вот собственно её и называют Системой. В более обобщённом понимании, Система это всё, что с этой программой связано. Как-то так.

Я сидел на нарах и пытался осознать услышанное, конечно, за эти два дня я научился ничему не удивляться, но не удивляться было невозможно. Это же грёбаная матрица! Я с самого рождения живу в матрице! И даже не подозревал об этом, пока не залез в трансформаторную будку.

— Матрица… — еле слышно прошептал я, переполняемый эмоциями.

— Какая ещё матрица? Всё до боли реально. Просто всё под контролем.

— Да я в шоке, вообще!

— Я когда узнала, тоже в шоке была, со временем привыкнешь. Хотя… — Катя осеклась. — Времени у тебя, как и у меня, максимум пара дней. До точки.

— А там всё, — передразнил я её. — Помню.

— Я не понимаю, чему ты радуешься? — удивилась Катя.

— Да ничему, нервное это. Скажи, если эта хрень мировая, то кто там рулит? Кто самый главный?

Но ответа на свой вопрос я не получил, так как в этот момент дверь камеры открылась. Мы обернулись ко входу. На пороге стояли четверо конвоиров. Старший произнёс:

— Котова, Седов! На выход по одному! Быстро!

Я вежливо позволил даме первой покинуть камеру, вышел следом, и нас повели по коридору.

Через пять минут мы уже ехали в чёрном микроавтобусе. Неизвестно куда и неизвестно зачем. Хотя догадки были, и не очень хорошие. В салоне с нами сидел один охранник, а второй был за рулём. Интересно, у них сегодня водитель на работу не вышел, или так положено?

Надо сказать, обращались с нами не как с уголовниками, наручники не надевали, в спину не толкали. Вежливо проводили в микроавтобус, позволили сесть, как хотим, и вообще охранник, казалось, не обращал на нас внимания. Он сидел в углу салона пялился почти всё время в мобильный и лишь изредка поглядывал на нас. С его молчаливого согласия, я развалился на двойном сидении и немного задремал.