Книга Повелитель огня III, страница 31 – Алексис Опсокополос

Но надо отдать должное беглому жениху, он быстро освоился и перестал паниковать при виде «дикого» огня. Намного быстрее, чем Ясна в своё время. Вадим даже подсел к костру. Руки протянуть к огню отказался, но подогретую на костре пищу ел без проблем. Хотя выбор у него был — мог съесть холодную.

Вообще, теперь, когда я узнал, как и почему люди в этом мире перестали пользоваться обычным огнём и перешли на магический, мне стало многое понятно. Теперь я понимал, что у здешних людей не было и быть не могло глубокого, генетического страха перед огнём, ведь меньше тысячи лет назад — мелочь по историческим меркам — они вовсю им пользовались. А страшилки, навязанные огневиками, преодолеть было не так уж и сложно при благоприятных условиях.

Глядя на Вадима, задумчиво смотрящего в огонь и не спеша жующего кусок жареной свинины, я не удержался и спросил:

— А за что твой отец тебя так не любит, раз заставляет некрасивую девушку в жёны брать?

— Посадник обещал перед князем слово замолвить, чтобы отца назначили княжим медовщиком, — ответил Вадим. — У нас сейчас восемь больших пасек, ни у кого столько нет. А когда отец станет княжим медовщиком, он ещё будет старшим над всеми бортниками в княжестве.

— То есть, твой батя решил стать монополистом по мёду?

— Нет, — отрицательно завертел головой парнишка. — Не мапаполитом, а княжим медовщиком.

— А невеста вот прям такая уж страшная?

— Очень. К ночи даже вспоминать не хочу.

— А чего посаднику так приспичило её замуж выдать?

— Так она старшая. А младшая у него красивая получилась. На младшей, может, и сын князя нашего женится. Но пока старшую не выдали, не положено для младшей жениха искать.

— Старшая страшная, что ты аж спать не можешь, а младшая — красавица. Что-то не верится мне в такой расклад. Может, не такая уж и страшная?

— Да какая разница? Я просто не хочу жениться.

— А чего ты хочешь? — спросил я.

— Странствовать, — не задумываясь, ответил Вадим. — Стать великим воином, чтобы про меня былины складывали. А вместо этого отец хочет, чтобы я за юбку держался и ему должность обеспечил.

— Ну чтобы былины складывали, нужно совсем уж великим стать.

— Ну я буду стараться. А если что, я и сам могу былину про себя сложить, я умею. Хотите песню спою? Я сам сочинил.

— Нет, — отрезал я. — В другой раз.

Слушать песни местного барда мне категорически не хотелось, да и времени на это не было — нужно было обсудить с Гореком ситуацию и решить, что делать дальше в свете новости о том, что нас ищут и в этом княжестве. И как только Вадим, Ясна и Добран закончили ужинать и улеглись вокруг костра, чтобы отойти ко сну, я предложил королевичу немного прогуляться и поговорить.

— Что думаешь? — спросил я Горека, когда мы отошли от костра метров на двадцать и уселись на здоровенный плоский валун. — Есть у нас шанс дойти по земле златичей до границы моего княжества?

— Шанс есть всегда, — ответил королевич. — Но вот какую цену мы за него заплатим?

— Хотелось бы минимальную.

— Тогда надо идти на север.

— В земли Владыки Севера? — удивился я.

— Почти. Вдоль границы с Землями Севера идёт старая дорога. Сейчас по ней почти никто не ездит — все боятся чёрных братьев, а вот раньше, когда Девятикняжье состояло из девяти княжеств, а не восьми, это был главный путь из Треславля в Велиград. После того как Владыка Севера захватил Треславльское княжество и присоединил его к своим землям, эту дорогу забросили. Но она есть и проходит по самой границе с Северными землями. Думаю, огневики меньше всего ждут, что мы пойдём там.