Книга Повелитель огня I, страница 3 – Алексис Опсокополос

Но взволнованным лицом, густой бородой и выпученными глазами меня не удивишь, а вот одеждой, что была на мужике — запросто. Незнакомец был одет в выцветшую серовато-бежевую рубаху из грубого льна с широкими, сужающимися в запястьях рукавами. Её манжеты и воротник-стойку украшали незатейливые узоры, вышитые красной нитью.

Поверх рубахи был надет длинный тёмно-коричневый то ли камзол, то ли жилет из шерстяной ткани, небрежно застёгнутый на груди. На кожаном поясе незнакомца висел небольшой нож, больше похожий не на оружие самообороны, а на обычный бытовой инструмент.

Одежда этого парня меня смутила даже больше, чем мои ощущения, а они, надо сказать, были прескверными: тошнота нарастала, а головная боль усилилась так, что я боялся даже пошевелиться — казалось, что моя черепушка такого напряжения не выдержит и лопнет. Ещё помимо общей головной боли — распирающей изнутри, ныл затылок, будто меня кто-то сильно ударил по нему чем-то тупым и твёрдым. Или я упал на спину, что более реально, так как лежал я, судя по всему, на полу, ощущая спиной что-то твёрдое и неровное — видимо, грубо обработанные доски.

А ещё я отметил запах. Воздух был пропитан ароматами древесины, смолы и каких-то полевых трав. Вроде привычные запахи, но смешанные вместе, да ещё в какой-то запредельной концентрации, они добавляли свой вклад в эту сюрреалистическую картину, подчёркивали неестественность этого странного мужика, произносящего непонятные слова.

Казалось, я нахожусь в каком-то странном сне: этот мужик, его одежда, запахи — всё это было каким-то нелепым, подчёркнуто чуждым, невозможным.

— Слышиши ли мя? — снова обратился ко мне незнакомец. — Очнися!

Почему он пытается говорить со мной на этом непонятном языке? Точнее, на частично понятном. Суть сказанных им фраз я понял, но слова были странные. Что это за язык? Болгарский? Сербский?

И откуда этот мужик вообще взялся? Куда подевались профессор и все его ассистенты? Где я, вообще нахожусь? Как я сюда попал? И почему мне так плохо? Все эти вопросы кружились в моей голове, но ни на один из них у меня ответа не было.

— Слышиши ли мя, княжичю? — продолжал вопрошать незнакомец, склонившись надо мной ещё сильнее.

Вот же настырный. Я не стал ему ничего отвечать — не до него.

— Княжичю, встани!

Ага, сейчас всё брошу и встану. И прыгать начну от радости. Есть такое выражение — ватные ноги. А я теперь был весь ватный. Только голова чугунная и очень тяжёлая. Тут не то что встать — пошевелиться сил не было. Да и желания тоже.

А ещё каждое слово незнакомца отдавалось у меня в голове ударом молотка. Я прикрыл глаза и понял, что желаю только одного: чтобы этот мужик, кем бы он ни был, заткнулся и дал мне немного полежать в тишине. Однако тот и не собирался замолкать. Более того, он схватил меня за плечи и попытался поднять с пола.

И то ли от его инициативы, то ли просто время подошло, но новый приступ тошноты подкатил так сильно, что я инстинктивно быстро повернулся набок и приподнялся на локте левой руки, пальцами правой упёршись в неровные доски пола — очень уж не хотелось, чтобы меня стошнило на самого себя.

Но если на небольшой рывок мне сил ещё хватило, то на то, чтобы удержать ослабленное тело — уже нет. Хорошо, мужик успел крепко подхватить меня под руку — иначе я упал бы лицом в пол.