Книга Повелитель огня I, страница 107 – Алексис Опсокополос

К шатру выстроилась небольшая очередь из каких-то странных мужчин. Все они были невысокие — ростом не выше полутора метров, но плечистые, коренастые, словно вытесанные из камня. Лица у них были не особо приветливые, я бы даже сказал, суровые, и почти все носили густые бороды, зачёсанные вниз или перевязанные кожаными шнурками.

Одежда этих ребят сильно отличалась от уже привычной мне. Вместо стандартных кафтанов на большинстве из них были плотные, простёганные куртки, в основном тёмных расцветок. Поверх курток — короткие безрукавные кафтаны, больше похожие на жилеты, из выделанной кожи с металлическими накладками на плечах и груди. Вместо обычных портов — грубые кожаные штаны, подпоясанные ремнями с медными пряжками. На ногах — тяжёлые сапоги с толстой подошвой. Оружия я у них не заметил, либо оно пряталось глубоко под одеждой.

Один за другим эти коренастые парни подходили к чаровникам и передавали им небольшие мешочки — явно с печатями. Огневики, не задавая вопросов, принимали деньги, после чего поднимали руки и с тихими, едва слышными заговорами, проводили ладонями перед лицами крепышей. Пальцы чаровников чертили в воздухе огненные символы, которые мигом растворялись в воздухе. Некоторые бородачи в этот момент морщились, словно от лёгкого удара, но терпели, не проронив ни звука.

Такие же символы братья Истинного огня чертили и возле повозок, затем, проговаривая заклятия, касались пальцами колёс, лежащего в повозках товара, лошадей. После обряда каждый бородач тихо благодарил чаровника, склонив голову, и катил свою повозку к городским воротам, где равнодушная стража даже не смотрела в его сторону.

— Ты не знаешь, что там происходит? — спросил я у Ясны, кивнув в сторону странных мужиков у шатра.

— Знаю, — ответила та. — Огневики с горанов скверну снимают.

— Так эти парни и есть те самые загадочные гораны?

— А ты их что, раньше не видел? — удивилась Ясна, взглянув на меня с недоумением.

— Я тебе уже несколько раз говорил, что мне большую часть памяти отшибло после отравления, — напомнил я.

— Прости, — тихо произнесла Ясна, слегка смутившись.

— Я так понимаю, они эту скверну снимают за плату? — спросил я, глядя на протянутые кошели в руках коренастых бородачей.

— Конечно, — ответила Крепинская княгиня. — А как иначе?

— Иначе никак, — согласился я, усмехнувшись. — И что, вот прям у каждого горана есть скверна?

— У каждого, — с уверенностью подтвердила Ясна. — Они же пользуются диким огнём.

— И при этом с ними ничего ужасного не происходит? — уточнил я. — Ну, кроме необходимости платить огневикам при входе в город.

— Все гораны в той или иной мере чаровники, поэтому их самих скверна не пожирает, но в город её нельзя нести. Поэтому братья Истинного огня её снимают, — пояснила Ясна, словно речь шла о чём-то обыденном и совершенно естественном.

— А зачем гораны идут в город?

— Торговать. Они же кузнецы. И мастера зачарованных вещей.

Стало понятно, зачем огневики махали руками над повозками — снимали скверну с товара. Ну или, в чём я был уверен почти на сто процентов, делали вид, что снимают.

— И товар, значит, тоже чистят, — усмехнулся я, глядя, как в этот момент чаровник чертил огненные знаки над очередной повозкой.

— Обязательно, — подтвердила Ясна. — Особенно тот, что сделан из железа. Его ведь куют при помощи дикого огня.