Книга Аптека лекаря-попаданки и раненый дракон в довесок, страница 112 – Полина Краншевская

Глубокой ночью в поместье рода Моралис давно все спали. Только в детской еще теплился огонек ночника, да в супружеской спальне губернатора и его жены горели светильники.

Лилиана стояла возле кроватки сладко посапывающего Николаса и не могла оторвать взгляд от сына. Такой долгожданный, любимый и самый очаровательный ребенок в мире. Светлые волосы завились в кольца. Сильные пальчики сжали любимую игрушку. Причмокнув, Николас повернулся на другой бок и окончательно затих, ускользая в глубокий, спокойный сон.

В детскую вошел Эмилиан. Раньше в этой комнате жила Лилиана, а теперь тут все обустроили для сына. Супруги делили смежную спальню на двоих, как должно было быть изначально. Но тогда договорной брак сильно все осложнил. Лилиана вздохнула.

Эмилиан моментально оказался рядом с женой и обнял за плечи, целуя в щеку.

— Как ты, моя сладкая? Сильно устала?

— Есть немного. Ники сегодня долго не мог заснуть. Все крутился и переживал о потерянном котенке.

— Завтра прикажу слугам перерыть все поместье, но найти этого приблудного кота, — процедил губернатор.

Он терпеть не мог внезапно появившегося в доме питомца обожаемого сына. У кота был отвратительный характер. Иногда Эмилиан сомневался, а кот ли на самом деле прибился к его наследнику. Глава рода Моралис с радостью бы избавился от наглой твари, но Николас души не чаял в рыжем проходимце, поэтому Эмилиан терпел своевольного кошака на своей территории.

Лилиана заметила углубившиеся складки в уголках рта мужа.

— Что случилось? Дурные вести?

Эмилиан в который раз за годы, проведенные с женой, поразился ее проницательности. Лилиана словно видела его насквозь и чувствовала малейшее переживание его души. Ему безмерно повезло найти свою единственную и создать с ней настоящую семью, без лживой показухи, присущей обществу архасов с избалованными драконицами.

— Рафаэль женится.

Эмилиан стиснул зубы. Предавший его кузен пару лет назад объявился после изгнания в столице и принялся рьяно продвигаться по карьерной лестнице во дворце. Сейчас уже никто и не помнил, что Рафаэль Нигеро когда-то был частью рода Моралис и претендовал на место главы. На законное место Эмилиана.

Негодяй подстроил жестокое покушение на Эмилиана. Тогда губернатор острова чудом выжил, получив страшные увечья. Если бы не Лилиана, Эмилиан так и остался бы калекой без своего зверя и права на управление родом.

— И что тебя беспокоит? — спросила жена, бережно поглаживая Эмилиана по стиснутым в кулаки пальцам.

Он и не заметил, когда сжал ладони.

— Если бы этот мерзавец выбрал в жены кого попроще, я бы не обратил внимания. Но изворотливый гад заключил сделку с кондитерским королем столицы. У старика есть только дочь и нет наследника. Рафаэль пообещал сделать наследником капитала сына, рожденного в браке с Антонией. А до совершеннолетия еще даже не рожденного ребенка именно мой проклятый кузен будет управлять несметными богатствами рода Коста. Представляешь, что может случиться, если он вздумает с помощью денег укрепить свое влияние?

Лилиана прильнула к мужу, с трепетной нежностью его обняла и прошептала:

— Ты слишком торопишься, любимый. Помолвка — еще не брак. Вспомни, что сделала Даниэла после вашей помолвки. Она готова была участвовать в покушении на твою жизнь, лишь бы не выходить замуж. Возможно, Антония Коста нас еще удивит.

— А если нет?

— Тогда мы вместе что-нибудь придумаем. В конце концов, у нас в союзниках хозяйка магической аптеки и сильнейший архас Дранора. Нам ли бояться интриг Рафаэля?

Теплота затопила Эмилиана, вытеснив тревожные мысли. Его чудесная жена никогда не ошибалась и будто чувствовала тонкие сплетения нитей бытия. Возможно, он зря нагнетает. Нужно решать проблемы по мере поступления. А сейчас лучше заняться по-настоящему важными вещами.

Эмилиан подхватил на руки свою невероятную, счастливо улыбающуюся супругу и понес в их постель.

— Ты как всегда права, мое сокровище. Вместе мы точно справимся.

— Иначе и быть не может, — отозвалась Лилия и поцеловала мужа.

Глава рода Моралис моментально углубил поцелуй и занялся куда более приятными вещами, нежели тревога о планах Рафаэля Нигеро. Если бы в тот момент кто-то сказал чете Моралис, чем закончится помолвка изгнанника с принцессой сладкой империи, они бы никогда не поверили.