Книга Тень генерала. Любовь не знает приказов, страница 48 – Леся Громовая

Имя прозвучало мягко. Не как приказ. Не как напоминание о той маске, что я носила много лет, чтобы выжить под чужим именем.

Я вдруг поняла, что он всё ещё держит меня. И не отпускает.

И что мне… не хочется отстраняться.

Это осознание ударило сильнее любой пощёчины.

Я резко выпрямилась, отступив на шаг, и поспешно вытерла лицо рукавом.

— Простите, генерал. Я… — слова не находились.

Он тоже сделал шаг назад, словно только сейчас понял, что произошло. Его лицо снова стало сдержанным, привычно спокойным, но в глазах осталось что-то не до конца спрятанное.

— Да, ты солдат, много пережила и умеешь сдерживать свои истинные чувства, — сказал он ровно. — но ты и человек. Не забывай ни о первом, ни о втором.

Он помолчал и добавил тише.

— И если бы каждый в этой армии чувствовал так же, как ты сейчас… возможно, таких деревень было бы меньше.

Я подняла на него взгляд. Всё ещё растерянная. Всё ещё ошеломлённая этой внезапной, неловкой добротой.

— Возвращайся к своим, — сказал он уже по-генеральски. — Отдохни. Завтра будет трудный день.

Я кивнула.

Уже выходя из шатра, я вдруг поняла. Мне стало чуть легче от его слов и его поддержки, и от этого ещё страшнее.

* * *

Утро пришло без резкого сигнала, но лагерь проснулся настороженно, будто никто и не ложился по-настоящему.

Воздух все так же был холодным, прозрачным, и от этого всё вокруг казалось слишком чётким, суровым и холодным, как после бессонной ночи, когда мысли уже не путаются, а режут изнутри.

По приказу Вэй Ляна армию отряды разделили и на патрули. Небольшие, подвижные, без знамён, группы, которые отправили веером по равнины: к трактам, к редким хуторам, к пересохшим руслам рек. Проверяли всё: следы, кострища, заброшенные стоянки, разговоры с теми немногими крестьянами, что ещё встречались на этих землях.

Я шла в одном из патрулей. Нас снова поставили вместе с братьями, Лу Даном и Дзы Яном

Шли молча. Даже Ху Мин не шутил, хотя обычно ему рот не закроешь.

К полудню стало ясно: картина складывается слишком чистая. Ни следов лагерей, ни свежих протоптанных дорог, ни слухов.

— Про Сянь не слышали, — хмуро поглядывая на нас из-под бровей, сказал один из старост, которого мы остановились у колодца. — Уже давно. Тут если кто и ходит, так мелкие шайки. Да и те боятся армии Вэй, что вечно то туда, то сюда проходит.

«Армия Вэй ходит? Интересно…»

Посмотрела на Дзы Яна, заметила, что он тоже задумался над его словами.

Насколько я знала, армия Вэй несколько месяцев не была на северо-западе, концентрируя свое войско на севере, потому что без приказа императора просто невозможно было куда-то пойти или сменить место остановки.

К вечеру патрули вернулись один за другим. Картина везде была одинаковой. Разрозненные разбойники — да. Следы недавнего крупного отряда — нет. Ни один человек не подтвердил присутствие армии соседней империи. Ни один.

Когда последний доклад был окончен, Вэй Лян долго молчал, стоя над картой. Его пальцы медленно скользили по линиям дорог, словно он видел не бумагу, а чужие ходы. После всего этого он точно мог понять, что я не врала и не пыталась его заманить в свои ловушки. То, что я говорила про заговор, было правдой.

— Значит, это был просто спектакль, — сказал он наконец. — И достаточно непродуманный, раз все так быстро вскрылось. Они бы хоть людей предупредили говорить про Сянь…