Книга Загадка для ректора, страница 94 – София Руд

— Это я должна была активировать маячки раньше. Сама виновата.

— Ты их активировала? — удивляется ректор, а следом за ним и я.

— Конечно. Как бы иначе вы меня нашли? — говорю я. Неужели невнятно тогда сказала слова активации?

— Мы на всякий случай отследили ваше перемещение и подобрались на безопасное расстояние к склепу. Ждали, когда ты выйдешь, но ты почему-то активировала не маячки, а щит. Тогда мы пошли к тебе.

— Мне запечатали рот, — признаюсь я, а затем сама себе усмехаюсь. — Выходит, хорошо, что ты меня не послушал.

— Я тебя слушаю, но не могу тобой рисковать, — говорит ректор, и по телу вновь идут мурашки.

Как же я схожу с ума по этому мужчине. Если бы не он….

— Что стало с Хозяином? — тут же напрягаюсь я, но почему-то не чувствую никакой связи с ним. Будто клятва больше не властная надо мной.

— Торос Ларго. Помнишь статью о нем?

— Ту самую, что ты оставил для меня на своем столе в кабинете?

— Угу, — кивает Диргар. — Тот человек, что стоял во главе всего этого, являлся его учеником. Продажи меток истинности и артефактов на черном рынке ему было мало. Он хотел с помощью флейты вобрать в себя силы Тороса Ларго, чтобы продолжить его дело. Увы, теперь они увидятся только за Гранью.

— Его казнят?

— Его Величество лично за этим проследит. Благодаря тебе, мы вскрыли целую сеть и вынудили преступника освободить каждого от клятвы. А все, кто покупал метки истинности, наказаны по закону. Включая семью Сьюзи.

— И они? — охаю я, и ректор кивает.

— Таких оказалось немало. В основном, с ними взаимодействовал Вирг. — говорит ректор, и я даже пикнуть не успеваю, когда он добавляет, что его поймали на границе.

Решил уйти один, не дождавшись меня.

Выходит и забрал он меня только для того, чтобы сбежать вместе и зарабатывать на моей истинности в новом месте.

Гадко! А я ведь несколько раз допускала мысль, что он лучше, чем кажется.

— Его дело уже давно расследуют. Лет на десять в темнице он себе заработал, — сообщает ректор.

— А что с теми, кто работал на Хозяина, как я? — почему-то мне тревожно за них.

— Их дела расследуют. Многие, действовали против воли. А у части так вообще стерты воспоминания. Потребуется время, чтобы все восстановить.

— Время? — хмурюсь я. — Тогда почему моя память вернулась так быстро?

— Кажется, ты вспомнила не все, — как-то хитро улыбается ректор. — Истинную вязь не для красоты словца называют даром богов и силой любви. Она и привела меня к тебе, несмотря на то, что твое тело все еще запечатано. — говорит он и смотрит так, будто я самая большая ценность в этом мире.

Хочу всегда ловиться на себе его взгляд, но мне страшно. Страшно, потому что я все еще преступница, которую тоже ждет суд.

— Что будет со мной? — тихо, почти неслышно шепчу я.

— Я думаю, что пара месяцев отдыха, зимние экзамены, а потом медовый месяц, — выдает ректор, и мне поначалу кажется, что ослышалась.

А его, судя по всему, умиляет моя растерянность.

— Я надеюсь, моя истинная не решит вновь от меня сбежать, узнав, что я намерен сделать ее своей женой?

— Меня? Женой?

— У меня ведь одна истинная. Одна настоящая истинная, — исправляется он, а затем смотрит мне в глаза так, что внутри все переворачивается.

— Но как же суд?

— Инквизитор в праве просить короля о чем угодно в знак хорошей службы. И я попросил твою свободу. — говорит он, а мне хочется плакать.