Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 57 – Виктория Чара

— Знаете, что это значит, леди? Это значит, что они грубо нарушили закон. Они не просто взяли с вас лишнее — они теперь официально должны вам деньги. Я составлю прошение, и пошлинной службе придется вернуть всё до последнего медяка, да еще и выплатить сверху проценты и штраф за бюрократический произвол. Я лично этим займусь.

— То есть… это не я им должна, а они мне? И вы действительно сможете это доказать? — я от удивления даже глаза округлила.

— О, милочка, даже не сомневайтесь. Тут закон целиком на нашей стороне! — гоблин самодовольно потер ладони. — На этой неделе все деньги вам вернем. Вы лучше скажите, в каком состоянии дом? Дочка упомянула, что вы ремонтом интересовались.

— Да какой тут ремонт, — я уныло махнула рукой на потолок. — Вчера во время ливня так текло, что проще новый дом построить, чем этот чинить. Сами посмотрите — не старинный артефакт, а просто мокрый сарай.

Но старый гоблин лишь понимающе покачал головой и прошелся по комнате:

— Не спеши так, милочка. Этот дом — историческая ценность, да еще и расположенная в непосредственной близости от императорского дворца. Я поищу в городских уложениях… Скорее всего, существует юридическая лазейка, позволяющая отремонтировать твой дом полностью за счет казны, как важный архитектурный объект.

— Так за счет казны мне император вчера сам предлагал! — выпалила я.

И подробно, в красках изложила Грибсу всю подоплеку: и требование Дома закончить ремонт строго до полнолуния, и полное отсутствие на рынке нужных материалов, и… вчерашнее ночное предложение Рэйвена.

— Устное предложение самого правителя? — гоблин замер, и его глаза за стеклами очков остро, как-то по-особенному блеснули. — Превосходно. Значит, мы ему сейчас такой договор составим, что ничего он с тебя взять не сможет. Если это предложение облечь в форму имперского кодекса, оно превращается в жесткую юридическую обязанность. Которая в первую очередь защищает вас.

Он с характерным сухим хрустом раскрыл свою кожаную папку, вытащил чистый лист плотного пергамента и принялся быстро набрасывать текст.

Но едва перо коснулось бумаги, как снаружи, со стороны площади, послышался тяжелый, размеренный стук копыт, сопровождаемый скрипом рессор.

Я поспешно выглянула в окно. К моему покосившемуся забору плавно подкатила массивная рабочая телега, доверху груженная штабелями ровного, серебристого дерева. Рядом с телегой остановились несколько крепких мужчин в добротных кожаных фартуках.

А возглавлял эту процессию сам Рэйвен де Стальд.

Н-да серьезно драконище к делу подошел!

— О, твой чешуйчатый собственной персоной пожаловал! — иронично воскликнула Таисия, высовываясь из кармана.

Он приехал в простой темной куртке свободного кроя и светлой тонкой рубахе, расстегнутой сверху пуговицы на четыре, наверное, что открывало вид на сильную шею и загорелую грудь. Высокие кожаные сапоги плотно обхватывали крепкие икры. Он шел к дому легкой походкой хищника. И в этой его безупречной мужской грации было столько уверенности и силы, что у меня внутри невольно екнуло.

Я поспешно вышла на крыльцо павильона, решительно скрестив руки на груди. Если дракон собирался произвести еще большее впечатление на мое бедное сердце, то у него это вышло на все сто процентов.

Я мысленно вздохнула, закатала губу и напустила на лицо самую скептически независимую мину из своего арсенала.