Книга Осколки наших разбитых сердец, страница 30 – Daria Tetslova

Давид заехал за мной на своей машине, и его внешний вид вызвал у меня улыбку. Он выглядел забавно в рубашке и брюках, которые явно были ему малы. Под натянутой тканью рубашки бугрились мышцы. Его волосы были слегка растрепаны, а на лице играла озорная улыбка.

— Вау… кхм… выглядишь эффектно, — стараясь скрыть смех за кашлем, произнесла я.

— Я, конечно, хотел произвести впечатление, но, возможно, не совсем так, — усмехнулся он, поправляя брюки, где ткань особенно натянулась.

Я не выдержала и разразилась смехом до слёз.

— Мне бы такие крепкие нервы, как у твоей рубашки, — произнесла я, вытирая слёзы.

Давид, засунув руки в карманы, стоял и ждал, пока я успокоюсь. Когда я сделала шаг в сторону машины, он неожиданно поднял руки к рубашке и, глядя мне в глаза, начал её расстёгивать. Прямо во дворе, у моего подъезда. Я была настолько ошеломлена, что остановилась, не в силах отвести взгляд, пока он стягивал рубашку и принимался за брюки.

— Ты что, решил устроить стриптиз прямо здесь? — наконец выдавила я.

Давид лишь усмехнулся и, сняв рубашку, бросил её мне. Я машинально поймала её на лету, удивлённо рассматривая ткань, которая ещё недавно натягивалась на его плечах. Я даже не знала, смеяться мне или бежать, но его уверенность и озорство были заразительны. Вокруг нас начинали собираться любопытные взгляды, и я поняла, что пора вмешаться.

— Давид, ладно, впечатлил ты меня, — сказала я, махая рукой, чтобы не снимал брюки.

Давид хитро глянул на меня исподлобья и убрал руку от брюк, прошёл до багажника своей машины и открыл её. Я увидела там сумку и поняла, что это, скорее всего, его сменная одежда.

— Ну ты и жук, — прищурила я глаза и кинула в него его же рубашку, на что он лишь рассмеялся. — Я уж испугалась, что ты сумасшедший, который посреди двора решил устроить стриптиз.

— Ладно, ладно, — начал он, вытаскивая из багажника футболку. — Так и быть, оставим стриптиз для более интимной обстановки и где не будет зрителей, — подмигнул мне и закрыл багажник, переодевшись.

Вокруг нас уже начали расходиться люди, разочарованные отсутствием шоу.

— Ну что, поедем? — предложил он, открывая передо мной дверь машины

— Конечно, — ответила я, садясь на пассажирское сиденье.

Давид привёз меня в ресторан на набережной, и это было безумно красивое место. Столы на открытом воздухе располагались так, что с них открывался потрясающий вид на озеро.

— Так хорошо, — зажмурилась я от удовольствия.

Давид улыбнулся, заметив моё восхищение.

— Я рад, что тебе нравится, — сказал он, пододвигая ко мне меню. — Здесь готовят лучшие морепродукты в городе.

Мы заказали несколько блюд, и вскоре официант принёс нам изысканные тарелки, украшенные свежими травами и лимонными дольками.

— Расскажешь о себе что-нибудь? — спросила я у Давида, делая глоток белого вина, которое приятно согревало изнутри.

— Что именно тебя интересует? — приподнял он вопросительно бровь.

— Расскажи про сестру и племянника. Я заметила, у вас большая разница в возрасте с сестрой, — сказала я, стараясь не показаться слишком настойчивой.

Давид немного лениво улыбнулся мне, его взгляд стал задумчивым.

— Ярина на десять лет старше, она заменила мне вообще всех: мать, отца, — начал он свой рассказ, его голос стал тише, словно он погрузился в воспоминания. — Родители погибли, когда мне было десять лет, — сказал он и помолчал минуту, прежде чем продолжить, — Угорели в доме, они бухали по-чёрному. Мы с сестрой были у бабушки в тот день. Ночью они уснули с сигаретой, и всё... — развёл он руками. Голос у него был ровный, в глазах я не увидела и капли печали и грусти, только спокойное принятие.