Книга Я тебя не предам, страница 14 – Аннa Шнайдер

Когда-то давно, когда деревья были большими, мир вокруг — более беспечным, а московский Северный речной вокзал стоял полуразрушенным, на теплоход после регистрации можно было проходить и сопровождающим. Помнится, в самый первый раз — я тогда плавала с мамой — провожавший нас папа долго и с большим интересом ходил по палубам, мы даже сфотографировались на самой верхней, солнечной. И только убедившись, что корабль, на который мы сели, выглядит вполне надёжно, папа уехал.

Не помню, когда это отменили, но сейчас подобное правило сыграло мне на руку. Володя только прошёл с нами через ленту проверки вещей, постоял в небольшой очереди перед входом на теплоход — а дальше всё. Чемоданы подхватили матросы, наклеив на них ярлычки с номером каюты, а нам оставалось лишь проститься, не заходя на борт.

Ура! Свобода!

Видимо, Володя по глазам понял, насколько я счастлива от него отделаться, и как-то погрустнел.

— Зря я отказался с вами поехать, — буркнул он, мечтательно косясь на наш четырёхпалубный «Бальмонт». — Буду скучать. И у Каришки день рождения…

— Мы потом с тобой отпразднуем, — откликнулась я, с трудом удерживая себя от широкой улыбки. — И ничего не зря. Я ведь говорила, что должна подумать.

— Да о чём тут думать, — произнёс он очень тихо, почти неслышно, в очередной раз уверив меня в том, что я приняла правильное решение. Володя в глубине души явно искренне считал, что ничего страшного не случилось, простить его за этот косяк с поцелуем — плёвое дело, а я просто капризничаю. Тем более что он так старался, бедняжка.

— Ладно, давайте уже, — поторопила нас Карина. — Обнимемся, и на теплоход.

Обнимемся, ага…

Это был первый раз, когда я обнимала Володю после случившегося. Да, именно так — хотя он и до этого пытался меня приобнять, но я выворачивалась, заявляя, что не готова к физическим контактам и перед глазами до сих пор стоит та сцена в его кабинете. Муж сразу мрачнел и отваливал.

Теперь я не стала возражать. Ладно уж, перед долгой разлукой и дальнейшим разводом потерплю чуток.

Володя обнял сначала Каришку, поцеловав дочь в щёку и погладив по волосам, а потом потянулся ко мне. Я не отстранилась, но не обняла его в ответ и, когда муж захотел поцеловать меня в губы, дёрнула головой, чтобы поцелуй пришёлся в другое место.

— Я люблю тебя, Лер, — шепнул Володя мне на ухо, сильнее сжимая меня в объятиях. — Люблю и больше никогда не подведу.

Вот уж в чём я не сомневаюсь!

Я не дам ему возможности меня подвести.

После ухода Володи у меня будто камень с души свалился. Две недели я жила в колоссальном напряжении, опасаясь, что муж всё-таки надумает составить нам компанию на теплоходе, но он ушёл. Надеюсь, он не решит сейчас сесть на автобус или в машину и помчаться в первый город на нашем пути — Мышкин. Это будет не смешно!

— Мам, ты не переживай, — сказала Кариша, вытаскивая из своего чемодана пакет со штанами. — Папа несколько раз мне говорил, что не присоединится к нам, дабы тебя не бесить. Хотя он мечтал поехать. Очень уж ему не хотелось нас одних отпускать.

— Вдруг мы утонем в Ладоге? — хмыкнула я, и Карина бросила на меня укоризненный взгляд.

— Ты так не шути.

— Прости, — покаялась я. — Я просто вся на нервах.

— А не надо нервничать. Сейчас вещи разберём, погуляем по теплоходу, а потом пойдём на приветственный коктейль. Выпьешь шампанского — и повеселеешь.