Книга Любовь, которую ты примешь, страница 35 – Рина Сивая

Кажется, последний вариант как раз в вашем стиле. Если он пытался щелкнуть меня по носу этим замечанием, ему не удалось. Во-первых, потому что со стороны наверняка так и выглядело: мой образ девочки-бабочки вполне подходил под атмосферу островного веселья. Во-вторых, потому что такой период в моей жизни действительно был: вырвавшись из-под опеки авторитарной матери, первое, что я сделала, это ушла в отрыв. Я не гордилась этим периодом в своей жизни, но и сожалеть о нем не собиралась. – Вам не стоит недооценивать целительную силу клубов Ибицы, – я легко рассмеялась. – Вечеринки там чудесны, особенно в летнее время года. – Поверю вам на слово. – Арнау произнес это так, как отвечают ребенку, соглашаясь с ним лишь для того, чтобы тот отстал. – Снова будете утверждать, что я – молодая и глупая? – почти всерьез обиделась я. – А разве нет? – улыбнулся Серра, бросая на меня быстрый насмешливый взгляд. – О, еще какая! – с пафосом согласилась я, закатывая глаза. – Ужасно глупая. Настолько, что сумела организовать для самого Арнау Серра вечер в опере. И даже добиться того, чтобы он открыл передо мной дверцу своей драгоценной машины. Ужасная глупышка, не иначе. Я сказала это с такой сладкой, притворной скромностью, что он не смог сдержать короткий, хриплый смешок. Это была не та ледяная усмешка, к которой я привыкла, а скорее… признание поражения в этом маленьком словесном поединке. – Вы невыносимы, сеньорита Солер – констатировал он, но в его голосе не было прежней сухости. Скорее, усталое восхищение. И этот его внезапный переход на «вы» – как признание равного противника. – Знаю, – беззастенчиво согласилась я. – Но скучно со мной точно не бывает. А предсказуемо – и подавно. Признайтесь, вы бы уже умерли от скуки, если бы поехали с какой-нибудь… предсказуемой девушкой. Она бы молчала всю дорогу и краснела от ваших взглядов. Арнау загнал БВМ в просвет между двумя автомобилями на парковке перед театром, и сделал это с такой легкостью, что я невольно позавидовала. Его навыки обращения с автомобилем вызывали во мне дичайший восторг. Впрочем, как и все остальные навыки. – Тогда чем же ты занималась всю дорогу? – спросил Арнау, выключая двигатель и поворачиваясь ко мне. В полумраке салона его лицо было загадочным, но в глазах я увидела неподдельный интерес. Не как к студентке или стажерке. А как к женщине, которая сидит рядом с ним в его машине и говорит с ним на равных. – Я? – я приподняла бровь, играя с бегунком молнии на своем платье. – Я бросаю вызов. Всегда. И особенно тем, кто считает себя непоколебимым. Я встретила его взгляд без тени смущения, позволяя ему видеть все – и мою дерзость, и мою уверенность, и то откровенное восхищение, которое я не могла скрыть, глядя на него. – И ты уверена, что этот вызов себя окупит? – Уверена на все сто, – без тени сомнения прошептала я в ответ. – Просто потому, что я не умею проигрывать. Серра чуть сощурился, и на его лице промелькнула тень какой-то сложной, невысказанной эмоции. Что-то между раздражением, уважением и… влечением. Чистейшим, мужским влечением к женщине, которая осмелилась бросить ему вызов и не отступала.

Наконец, Арнау медленно кивнул, и его губы тронула едва заметная улыбка. – Что ж, посмотрим, – сказал он, словно принял какое-то внутреннее решение, и в этих двух словах был целый мир скрытых смыслов. Он принял мой вызов. Значит, игра только что перешла на новый уровень. Арнау вышел из машины, чтобы обойти ее и открыть мне дверь. А я сидела, чувствуя, как торжествующая улыбка рвется наружу, и позволяя ей озарить мое лицо. Он не оттолкнул меня. Он не проигнорировал. Он вступил в игру. И это было самой большой победой из всех, что у меня были.