Книга Не истинная. Нейтрал, страница 107 – Рина Чар

— В ночь, что вы оставили меня при себе…

— Ммм, как занимательно. А ждал ты столько времени… — намекнула я, благословляя его продолжать.

— Я не должен был приходить более…

— А пришёл ты тогда почему? — рассматривая более интересную картину на стене, с неким безразличием задала я вопрос.

— Я ведь целиком и полностью ваш, — потупился он.

— Издеваешься? — усмехнулась я, оторвавшись от важных рассматриваний и перевела взгляд на мужчину.

— Ни в коем разе. Как бы я осмелился? — оскалился он, а я прищурилась.

— Чиканулся в край? — рявкнула я и подскочила с места. — Ты чё, отвара какого напился или галюны примерещились? Ты что несешь, как помело, не фильтруя? Еще в жёны сейчас заставь взять! Обесчестила бедняжку. Ага!

Я распалялась все больше, а мужчина лишь опустил глаза и тяжко вздохнул.

— Нет, хозяйка… — потупил взор мужчина, вставляя между моими стенаниями.

Фу-у-ух, вдох-выдох. То-то он как на казнь шел, только вот неизвестно, чью именно.

— Говори чётко, ясно и по порядку! Перестань мямлить, аки недотрога. Объясняйте нормально, древнейший, — язвительно пропела я и снова вздохнула, присев в кресло и скрестив руки на груди. Не, такую информацию только сидя трамбуем и никак иначе.

— При посещении рабов выделяются отдельные комнаты… где происходят все действия, — безэмоционально начал он.

Пока мужчина говорил, я думала, что мои брови больше никогда не будут прежними.

— …но в личных покоях по закону могут находиться только официальные любовники…

Очешуеть! Собственно, как и моя челюсть, которая с каждым его словом опускалась всё ниже, тоже возврату не подлежит.

— …или супруги…

Это что же получается, он знал об этом и всё равно…

— …Иначе это считается бесчестием для благородного, и вплоть до смертной казни раба, — ласково закончил мужчина.

Я молчала, пребывая в замешательстве. Это полный глубокий нокаут. Мои брови были всё ещё на взлете, намудрил этот старый пердун и даже не поморщился. Покорный, конечно. Десять раз, аж до умиления.

— Иллара и Роиля тоже необходимо теперь повысить в звании? — задала я резонный вопрос, не сдержав смеха.

Меня напрягали те комнаты, которые предназначались для рабов. Я до сих пор помню, что там было. Мне было отвратительно даже смотреть в ту сторону, не говоря уже о том, чтобы их посещать! Об организации других помещений я даже не подумала, а этот — этот даже не потрудился о таких тонкостях рассказать, анаконда чертова, сожрет и не подавится! Облегчила себе жизнь, называется…

— Нет, — резко сказал Ноиль, сверкнув покрасневшими глазами.

— Почему же? — наивно спросила я. — Я тоже принимала их в личных комнатах.

— Но вы же с ними не… — он не закончил фразу, и его взгляд был таким, будто смерть близка и уже вот-вот постучится в дверь.

— И что? Кто об этом знает? Ты да я — да, мы с тобой. Ты алло или не очень? Хватит играть, как кошка с мышкой! Жри или милостивей, — прошипела я.

— Я никогда не играл. Не с тобой, — проговорил мужчина, вновь подняв глаза, и это было настолько ощутимо и убедительно, что я практически поверила.

— Хм, это когда я успела стать твоей собственностью, милый? — ласково пропела я.

— Не успели, — промурлыкал он соблазнительно и тут же потупился. — Я всего лишь раб…

— Ты специально не удосужился раньше рассказать? — резко проговорила я. — Оставь свои игры для высшего света.