Книга Не истинная - нейтрал. Академ, страница 112 – Рина Чар

— Можешь не говорить, я поняла, — взмахнула рукой и отвернулась, понимая. Я прищурилась и чётко осознала, что её положение ничем не отличается от моего, только вот за меня боролись и спасли…

— Я не могу рассказать всё, так как это не моя тайна. В какой-то момент он вливал в меня несколько жидкостей по венам, как и чужеродную энергию по магическим каналам. Все субстанции встретились в одной точке — в моей голове. — показала на область затылка. — Здесь у меня была брешь после попадания. Мне открылась память Агелии, я слилась с ней и проживала весь её путь, чувствуя всё. Как прекрасные моменты, так и печальные, я видела всё. Она тоже была в плену. Можно сказать, что я дважды была там, потому что всё было настолько реально, иначе это не описать. Но я была ею.

— Как ты смогла выбраться?

— Уж точно не благодаря себе, — усмехнулась я. — Меня спасли отец, брат, Роиль и Ноиль.

— Почему он не предотвратил? — разозлилась она.

— Наверное, потому что не мог? Говорю же, нет ничего невозможного. Как накладываются печати? — насмешливо спросила я.

— Легче всего наложить… — осеклась она. — Его настолько ослабили? Подожди, я не понимаю…

— Видимо, так и есть. Он был под печатью Морелла’Ра, собственно, как и под моей. Как только маг умер, одна печать исчезла, — отсалютовала ей, и она последовала за мной, мы так и просидели в недолгом молчании и уютной тишине, попивая напиток, думая о своём.

— Да, без алкоголя не разберёшься. Ты как?

— Ай, — отмахнулась я. — Давай до дна, — проговирила я, выпив остатки залпом, и она последовала за мной.

— Моя история не очень длинная, но она продолжается до по сей день, — сказала она с лёгкой гримасой. — Когда я была ещё ребёнком, меня продали в знатную эльфийскую семью, чтобы спасти положение нашей. Моя семья почти обанкротилась, и никому я была бы не нужна, если бы не моя нейтральная магия, которая сыграла решающую роль.

— Они выставили свои условия? — понимающе усмехнулась я.

— Да, мы были удобны в том, что нашей семье не приходилось предъявлять требования. В свою очередь, он согласился взять меня в жёны, но с условием, что я буду периодически жить у них, как только научусь ходить. Дату свадьбы он тоже решал сам, мой отец согласился.

— Ты понимаешь, что это всё выдумки? — спросила я.

— А что ещё остаётся? Я не могла участвовать в этом, потому что была ещё в утробе матери, — насмешливо ответила она.

— Как он хотел урегулировать вопрос со своей истинной?

— Я не знаю, Гели, — тяжело вздохнула она. — Он же не говорил, какой именно женой.

— Старый пердун! — прошипела я, начиная пылать от гнева. Моё замутнённое сознание требовало справедливости, хотя и трезвое тоже.

— Успокойся. С детства, как и договаривались, я периодически жила в их поместье. Каждый раз он делал из меня удобную для него вещь: покорную, которая не задаёт вопросов, и терпеливую, не ожидающую многого. Он строго относился к моему обучению и брал своё по праву. Он намного старше и могущественнее, и входит в совет эльфов. Поэтому я тебе не раз говорила, что не могу много. Это действительно так… Для нашей семьи, которая опустилась до низов, это очень почётно.

— Что, если я скажу, что всё может быть по-другому? Решишься ли ты на изменения?

— Какие? — отрешённо спросила она.