Онлайн книга «Квантум»
|
Да какой там осмотреться⁈ Хотя б в одну точку уставиться! Хоть немного понять, где я… Стоп! У меня есть слух! Что-то тикает, попискивает с методичностью автоматики. Хм-м, а судя по запаху металла, озона, и чего-то, напоминающего больницу — в комплекте со слухом у меня есть и обоняние. Стравля компрессионная, да я же в институте! Том самом, где со мной проводился эксперимент. который завершился знакомством с Системой! Меня тут же охватило едва терпимое возбуждение — встать, вырваться, двинуть хоть пальцем, открыть глаза… Да твою ж! Никита Сергеевич! Ау-у! Я здесь, в своём теле! Я вернулся! Моё тело с завидным хладнокровием не реагировало на все мои попытки управлять им… Даже зрачки не елозили под тяжёлыми веками. Да чтоб мне сдохнуть! Как подать сигнал⁈ Профессор Горячев, а-у-у! Он должен наблюдать за мной, и наверняка прямо сейчас кто-то мониторит приборы, датчики, замеряющие десятки показателей моей бренной тушки. Хм-м, кого-то слышу, чей-то удивлённый вздох… Бамс-с! Где-то неподалёку хлопнула дверь. Похоже, её так распахнули, что она от души шарахнула по стене. Торопливый топот ног, удаляется… Судя по всему, кто-то бежал прочь от той двери. Кажется, это один человек. — Профессор! Профессор, проснитесь! — прозвучал эхом, будто в коридоре, знакомый мужской голос, — У Киркова вновь всплеск мозговой активности! Да это же Семён, бессменный ассистент Горячева. Из-за повышенной секретности к проекту «Квантум» имелся допуск совсем у небольшой горстки людей, поэтому профессор со своим помощником работали вдвоём. А, ну ещё их периодически навещал Никита Сергеевич Кожемятин, генерал и друг нашей семьи. До ушей долетело эхо очередного грохота, а затем сдавленной ругани. Короткие рубленые фразы, кто-то кого-то расспрашивал. Они приближались вместе с топотом шагов, и я даже расслышал слова: — Да, как в прошлый раз! — Он двигался? — Ни один нерв не сработал. — Мозговая активность? — Как у бодрствующего… да я поэтому и прибежал! Там зашкаливает! — Да не шуми ты, говори тише, — донёсся совсем не тихий бас профессора. Шаги раздались в помещении… Ну же, ко мне! Поднимите мне веки! Вот же стравля шагающая! Они так и не приблизились, замерли где-то в стороне… Чего вы там на приборах увидите⁈ На меня смотрите! — Ого, и вправду, необычно, — раздался удивлённый голос профа, — Олимпиаду, что ли, решает? Активность заапредельная. Сколько бы я сейчас отдал, чтобы взвыть от злости и бессилия. Ну и как мне достучаться до научников⁈ Как передать генералу, что я, а точнее, моё сознание находится на крейсере «Борзый», и что прямо сейчас я веду борьбу с проклятым диверсантом? — Всё так, как говорил тот пленный, — вновь прозвучал голос профессора. Судя по интонации, Горячев был крайне доволен. И чему он радуется? Мне по-прежнему не доступен абсолютно весь функционал тела. Моего тела, на секундочку! Чёрт, обидно… — То есть, Кирков не обнулился? — с какой-то затаённой радостью спросил ассистент. — Однозначно, нет. — Получилось⁈ Ему удалось, да? Удалось прорвать череду неудач? Семён, кажется, там едва не подпрыгивал от предвкушения, да и профессор, похоже, с трудом сдерживался. Молодость и зрелость, а ведут себя оба почти одинаково… — Давай пока не будем торопиться, — голос профессора начал приближаться. |