Онлайн книга «Золотые корабли»
|
В щедрой степи сурьев Рыкун отъедался за все предыдущие голодные дни. Шерсть его лоснилась, морда стала еще шире. В последнее время он завел новую привычку – днем спать в каких-нибудь кустах, а охотиться по ночам. Аоранг никогда не учил его этому. С каждым днем в саблезубце будто просыпалась память предков. Мохнач почти ожидал, что однажды Рыкун уйдет на охоту и не вернется. Однако тот все равно каждую ночь нагонял «отца». «Как здесь хорошо! – думал Аоранг на ходу. – Как будто и не существует ни ямы с трупами, ни расколотых голов… Ни зубастого дива, завернутого в человеческую кожу…» Но они были – и могли встретиться снова. Так что мохнач среди всей этой красоты каждый миг оставался настороже. «Словно мало необъяснимых, ужасных бед творится в мире, – размышлял мохнач. – Неужели теперь и людьми овладело то же безумие, что и природой? Право, мне все чаще кажется, будто мир сломался, а я в одиночку пытаюсь починить его… Куда я иду? Неужели верю, что святейший Тулум, услышав о водах на юге, сразу найдет решение? Не веду ли я себя как ребенок, который в миг опасности бежит к отцу?» Аоранг нахмурился. «А ну-ка прекрати! – одернул он себя. – Ты – жрец, который несет важные сведения главе храма. Это все, о чем следует думать!» В сущности, мохнач понимал, почему его мучают подавленность и недовольство собой. Все из-за Симаха. Они расстались не слишком хорошо. Молодой сакон повел себя как наседка! «Я не хочу, чтобы ты шел один через степи! – кричал он. – Я не пущу тебя, это верная гибель! Твоя кровь будет на моих руках! Сказано – пойдем через Накхаран!» «Чепуха, – возражал Аоранг. – Я уже ходил торговым трактом и знаю эти степи. Обойду город и торжища – никто меня не заметит. И со мной Рыкун!» «Рыкун умеет уворачиваться от стрел?! Тебя расстреляют с коней, даже близко подходить не станут!» «А если я доберусь до столицы месяца через три, то, может, уже и столицы никакой не будет! – вспылил мохнач. – Нет времени, понимаешь?! Все, прощай!» И вот уже восьмой день Аоранг шел на север. Припасы закончились, мохнач жил охотой, благо дичи было в изобилии. Он миновал уже два торжища – также заброшенных. Поспешно уходил с дороги, едва замечал вдалеке облачко пыли, и прятался за какой-нибудь кочкой или корягой, пропуская отряды сурьев. Их было много – вооруженных всадников, и все тоже ехали на север. Каждый род ехал со своим знаменем – конским хвостом на шесте, разукрашенным разноцветными шнурами и лентами. Каждый раз, провожая всадников взглядом, Аоранг с горечью убеждался: да, сурьи вступили в войну с Араттой. И судя по тому, как обошлись с купцами под Эрехом, арьев об этом предуведомлять не стали… «Наверняка такие же ямы с мертвецами сейчас по всему Десятиградию…» Мысли Аоранга снова и снова возвращались к расколотым черепам с растущими из них цветами. Что за бог сурьев требовал таких жертв? Он не мог припомнить, как ни старался. Похоже, все то, чему его учили в жреческой школе, не годилось для толкования наступивших времен… На третий день пути Аоранга на рассвете разбудил отдаленный лай собак. Он вскочил и поспешно отошел подальше от тракта. Но вскоре с тревогой понял, что дела складываются не самым лучшим для него образом. «Это не обоз и не отряд воинов… Множество коней, собак едут не по дороге, а прямо через степь… Какой-то местный вождь отправился на охоту!» |