Онлайн книга «Тень с Севера»
|
— Готово, – сказал он, поднимаясь. – Несите ее в избу. Рану я перевязал, зельем от огневицы смазал, а дальше как боги решат… Женщину унесли. Нойда повернулся к жене Ворошилы: — Где ты была, когда закричала Душана? Покажи. Они спустились на десяток шагов вниз. Крутой травянистый склон, серые бревна и замшелые крыши сараев и бань… А вот и то место… Но как понять, что здесь случилось? Им повезло. На тропинке чуть ниже вскоре нашелся след. Глубокий отпечаток медвежьей лапы… — Вон оттуда шел, от бань, – загомонили деревенские. – И как это Бояна не заметила? У реки снова поднялся гул голосов. — Откуда косолапый взялся? — Как из воздуха возник! — Эй, охотники? Ищите, откуда зверь пришел! — Душана очнется, расскажет… — Не расскажет, ударили-то ее сзади. Она ничего не видела. Нойда слушал и мрачнел. — Вот что, венья, – громко проговорил он. – Как стемнеет, ступайте все по домам. Запритесь покрепче и сидите тихо. Все вокруг сразу замолкли. Множество подозрительных взглядов впилось в невысокого лопаря. — Ты на что намекаешь, ведун? – насупясь, спросила Бояна. — Пока ни на что… * * * Как зашло солнце, Вишера будто вымерла. Только изредка перелаивались собаки во дворах. Нойда, поужинав у Ворошилы, снова ушел ночевать в сенник. Там устроился неподалеку от входа, оставив приоткрытыми ворота, положил рядом котомку с бубном, закинул руки за голову и принялся любоваться закатом. Вечер был теплый, как парное молоко. Светлые летние ночи уже убывали. Однако сумерки все еще тянулись и никак не переходили в ночь. В темно-синем небе возникали одна за другой звезды. Вдалеке за рекой горела – не догорала розовая полоса. Когда сумрак все же окутал сенник, послышались тихие шаги, и в ворота проскользнула тень. Нойда быстро протянул руку к бубну, однако тут же отпустил котомку, узнав пастуха. — Эй, ведун, спишь? – послышался знакомый гулкий голос. — Не сплю, живу. — Это хорошо. Поговорить надо. Ворошила, мрачнее тучи, тяжело сел в сено рядом с лопарем. — Народ волнуется, – начал он без лишних слов. – Всем страшно! — Чего боятся-то? — Известно чего. Душана, говорят, к закату очнулась. Ничего не помнит! И медведя не видала. Теперь шрам будет на полголовы… — Так боятся-то чего? – повторил нойда, зевая. — Никогда такого не бывало, чтобы прямо в деревне зверь на людей нападал! Зимой еще шатун зайти может, не приведи боги, но летом… Сколько живу, о таком не слыхал! — А я слыхал, – холодно ответил шаман. — И что скажешь? – пастух приблизил голову к лопарю и очень тихо произнес: – Молчишь? Тогда я скажу. Мы тут не дураки… Это не настоящий медведь. Это оборотень! Нойда молчал. — Откуда он взялся? За что наказание?! Может, мы в самом деле лешего обидели? Или самого батюшку Велеса? Так ведь мы богов чтим. На все пиры честь честью зовем, куда нельзя – не заходим… Нойда вдруг вспомнил свое гадание на малых сейдах. — Чужих богов не обижали? – спросил он. Ворошила почесал бороду. — Тут чужих богов вроде нет. Ушли вместе с чудью. Изорянский звериный камень у болота стоит, да брошен давно… Откуда же напасть, ведун? — Вы меня позвали, чтобы я разобрался, – как-то сонно отозвался нойда. – Вот я и разбираюсь. — Разбираешься? Да ты на боковую собрался! — Вовсе нет. Ворошила озадаченно замолк. Потом с уважением поглядел на собеседника. |