Книга Медь и мёд, страница 89 – Яна Лехчина

Юрген даже забыл, что нужно дышать.

Объяснения были так подробны, что он не знал, где с ними не согласиться.

— Вспомним Нимхе, – предложила госпожа Кажимера. – О да, она любила развлекаться, создавая разных тварей. В Сущности есть что-то от её колдовства. Определённо, есть. Но Нимхе мертва уже больше десяти лет, как и её ученики.

— Говорят, – вмешалась Чарна, – она взяла себе ещё одного ученика. После падения Двора Теней.

Она с тревогой сжала пальцы, будто ждала, что её сейчас ударят или осмеют.

— Может, – добавила тихо, – это сказка…

— Это не сказка, – ответила госпожа Кажимера. Её тон был неожиданно ободряющим. – Это рассказ Кетевы, дочери господина Грацека. Слух, который она пустила по свету. Может ли это быть правдой? Я верю, что да. Кетева – одарённая колдунья, и ей доступно то, что недоступно нам. Но… слова Кетевы тяжело трактовать. – Сжала тонкие губы. – У колдовства есть цена, и за свои способности Кетева заплатила здоровым рассудком.

Юрген не знал, что именно произошло между госпожой Кажимерой, господином Грацеком и его дочерью. Судя по намёкам Йовара, что-то нехорошее. Будто бы Кетева страшно хотела учиться у госпожи Кажимеры, а не у своего отца. Грацек отпустил её в Звенящий двор, но обратно в Горный Кетева вернулась уже не в себе.

«Странно, хе? Не находишь? – спрашивал Йовар. Кажется, когда он рассказывал это Юргену, он был немного пьян. – Отправилась к любительнице поковыряться в чужих мозгах и вернулась уже без собственных?»

— Значит, – проговорил Юрген, – за созданием чудовища может стоять ученик Нимхе.

— Вполне, – согласилась госпожа Кажимера. – Но если у Нимхе и был шестой ученик, по тем же рассказам Кетевы, вряд ли он прожил у неё больше года. Чему можно научить за год? Человека, который пришёл чистым, как лист, – почти ничему. Уже состоявшегося колдуна? Другое дело. Но что состоявшийся колдун забыл в подземельях Нимхе? Мы уничтожили пять её учеников, уничтожили бы и шестого, если бы узнали. Неужели он – или она – не понимал, что играет с огнём, сидя на бочке с порохом? Хотел бы знаний, пришёл бы к кому-то из нас, а не дразнил бы Драга Ложу.

— Мал. – Юрген поднял глаза. – Подмастерье Нимхе. Почему это не может быть он?

Госпожа Кажимера снова откинулась на скамеечку.

— Хороший вопрос, – похвалила она, а на Юргена накатило отчаяние. Значит, она обдумала и это. – С того дня, как пал двор Нимхе, Мал живёт в Кубретском господарстве, но не принадлежит к Горному двору. Глаз у меня много, и у моих соратников по Ложе, я думаю, не меньше. Мы за ним… посматриваем последние тридцать лет. По крайней мере, я. Опасно сохранять побег хищного растения, даже такой бесплодный, как недоученный подмастерье. Но Мал вёл себя смирно. Конечно, разбирательства коснутся и его – они коснутся всех, дети мои, и я надеюсь, вы это понимаете.

Госпожа Кажимера холодно улыбнулась.

— Я предполагаю, что за сотворением чудовища может стоять кто угодно. Хоть и готова спорить, что ростки тянутся из вашего двора – думаю, вы догадываетесь почему… но об этом чуть позже. Единственное, в чём я полностью уверена: создатель – или создательница – Сущности даже не понимает, в какую ловушку себя загнал.

Она вновь склонила голову набок, любопытно, по-совиному.

— Потому что я переверну все Вольные господарства, чтобы его найти. Вольные господарства и не только, если потребуется. Я достану его из-под земли. Кем бы он ни был, где бы ни прятался, какие цели бы ни преследовал – этот человек посмел угрожать моему двору и господарству, за которое я в ответе, и он сполна за это заплатит.