Книга Двенадцать железных цепей, страница 98 – Яна Лехчина

— Здра-авствуй, – сказал Юрген, тоже прикрывая глаза. – Нас куда-то зовут?

— Нет. – Лодка стукнулась о крыльцо, и Уршула ловко перепрыгнула на ступеньку.

— Твоя госпожа, – спросил Хранко, – хочет что-то нам передать?

Уршула вздохнула.

— По-вашему, я всюду хожу только по приказу госпожи?

Хранко усмехнулся.

— А что, мы такие приятные собеседники, чтобы ты приходила к нам сама? – Бултыхнул ногой в воде. – Это наше гостеприимство так тебя впечатлило? Ну в прошлый раз?..

— Говори за себя, – фыркнул Юрген. – Ты видел Уршулу только в Диком дворе, а мы встречались ещё. Разве этого недостаточно, чтобы стать друзьями?

Уршула криво улыбнулась.

— Хороший мальчик.

— Спасибо. – Юрген указал на крыльцо: – Присядешь? У нас полно места. И сюда нам дозволяется выходить.

Уршула знала, что его самого никто в передвижениях не ограничивал, но в его речь всё равно просочилось это «нам» – нарочно, наверное, чтобы однокашники не сочли его зазнавшимся. Уршула села рядом и сказала Юргену:

— Я к тебе.

— О, ну ещё бы. – Хранко закатил глаза. – Много друзей успел завести за время своего путешествия, Юрген? И все ли твои друзья – чародейки Звенящего двора?

На удивление оба принялись вести себя так, словно за плечом Уршулы не маячило грозное присутствие госпожи Кажимеры – просто перешучивание, не больше.

Уршула начала прямо.

— Я была на севере, – сказала она. – Узнавала о бывших учениках Йовара. И когда я приехала к кузнецу Хведару из Засижья, он сказал, что недавно в его дом уже приходили колдуны. Угадай кто.

Лицо Юргена мгновенно изменилось. Оно стало изумлённым, недоверчивым и под конец восторженным, как у ребёнка.

— Что он сказал тебе? – спросил жадно.

— Погодите. – Хранко развернулся. – И Кажимера туда же?

— Госпожа Кажимера.

— Да, да. – Хранко отмахнулся от её слов, как от мухи. – Она тоже предполагает, что это мог быть Чеслав? – Скривился. – Её Юрген покусал?

— Госпожа велела мне всё проверить. – Уршула развела руками, а Юрген вскочил так резво, что под ним хрустнули старые доски.

— Это правильно, – закивал он. – Я давно говорил, что нужно исключить всё возможное…

— И невозможное. – Хранко сжал переносицу. – Что ты узнала, Уршула? Или кузнец сказал тебе то же, что и Юргену: последний раз он слышал о Чеславе лет двадцать назад?

— Да. Двадцать или около того. – Уршула хмыкнула. – Глупый человек, потерявший сына из-за желания угодить новой женщине. Бестолковая встреча. Значит, искать там правда нечего?

— В доме кузнеца – нечего. – Юрген устроился рядом. – Но…

Он рассказал ей про чары, которые учуял на погосте, – Уршула даже не знала, что он так умел.

— Впечатляюще.

— Пустяки. Это работает только с… э-э… явным долгоиграющим колдовством. – Юрген почесал висок. – Чародейский огонь горел много часов, если не дней, поэтому и оставил после себя такой след. Это не значит, что я могу учуять любые чары. Особенно искусные или молниеносные – точно нет. Но даже если я учую, что где-то колдовали, необязательно установлю, как именно…

— Что за жажда сразу выкладывать свои слабости. – Хранко смерил его ехидным взглядом. – Молчал бы – казался лучше.

Юрген простодушно дёрнул плечом:

— Да ладно.

Уршула подтянула колени к груди:

— Любопытно. Но кто угодно мог зажечь огонь на могиле матери Чеслава. Вопрос только зачем.