Книга Игла из серебра, страница 126 – Яна Лехчина

Бойя покачала головой.

— У Ольжаны был такой голос, что только про смертоубийство и рассказывать. Она бы не связалась с нами из-за пустяка. И уж тем более не решилась бы побеспокоить вашу госпожу…

— Почему мы вообще говорим про чудовище? – поразился Хранко. – Разве его не поймали? Вы ведь уехали из Тержвице, чтобы заманить его в ловушку.

— Уехали, – протянула Ляйда нараспев, – да толку мало. Тварь вырвалась и сбежала. Перед этим распорола лже-Ольжану, которую приготовил для неё Двор Лиц, и задрала одного дружинника – причём не абы какого, а собственного брата.

Повисло молчание.

Невесело, подумала Чарна. Значит, чудовище до сих пор на воле, – но, впрочем, судьба Юргена волновала её куда сильнее.

Деревья качались от ветра. Курчавые облака перекрывали подожжённое закатное небо, и Чарна удостоверилась: надо торопиться. Мало ли, вдруг начнётся гроза, – да и многое ли они отыщут в полутьме даже с колдовством?..

— Сомневаюсь, что вы нам поверите, – подала голос Уршула. И её Юрген явно заботил больше, чем чудовище. – Наверняка ещё раз проверите и поляну, и берег. Но мы правда ничего не нашли, кроме следов кибитки и золы от костра.

— Мы вас ни в чём и не обвиняем. – Хранко подошёл к кромке воды, отпихнул носком тонкую веточку. – Спасибо, что отозвались.

Он встретился взглядами с Чарной.

— Думаю, – сказал хрипло, – сначала мы проверим то, что вы просто не могли увидеть.

У Чарны неприятно защекотало в животе.

Почему-то она сразу поняла, о чём речь. Может, слишком хорошо помнила рассказы Юргена о том, как он сам в детстве искал Чеслава на дне реки. А может, это просто показалось естественным – если нет тела, это ещё не значило, что не было и убийства.

Бойя шагнула вперёд.

— Я тоже могу помочь.

— Подстрахуешь. – Хранко развернулся. Уж он-то знал, до чего Бойя сведуща в зельях и травах: даже Йовар сварливо восхищался тем, как ловко она могла выудить смерть из лесного корешка и здоровье – из простого цветка под ногами. Но то, что грубее этой волшбы…

Даже лестно, что Хранко счёл Чарну более подходящей для такой работы.

Ляйда вскинула бровь.

— Что вы собираетесь делать?

— Отойдите. – Чарна прочистила горло. – Подальше. А то забрызгает.

Хранко повёл рукой, и река забурлила.

— У Кишны сильное течение, – сказала Чарна. – Даже если мы ничего не найдём, мы не можем быть уверены, что его не унесло…

— Не можем, – процедил Хранко сквозь зубы. – Но попробуем.

Чарна тоже принялась заклинать воду.

Волны вздыбились, блеснули переливающимися тёмными гребнями. Шипя и извиваясь, над рекой выросли две водяные стены, и даже в сумерках Чарна различила, как внутри них кружились пузыри. Обнажилось дно – сырое, глинистое, в тине и мелких камешках.

Бойя разожгла над ними полотно из закатного огня, похожее на северное сияние. Так, Чарна и Хранко стали осматривать дно и рябящие речные гребни над ним, и потихоньку, шаг за шагом, продвигались вниз по течению – когда они позволяли части воды вернуться в русло, то осушали следующий кусочек дна.

Чарна боялась: они действительно что-то найдут. А если она увидит поеденный рыбами, облеплённый водорослями и илом труп Юргена, то у неё разорвётся сердце, и вся удерживаемая река выйдет из берегов. Чтобы отвлечься, она подумала – о, видел бы их Йовар!.. Они закляли Кишну точно по щелчку пальцев и теперь воротили ею по своему усмотрению.