Книга Немезида ночного ангела, страница 495 – Брент Уикс

Он очаровательный, и очаровательно грызет слюнявый кулачок, который каким-то образом смог вытащить из пеленок. У него голубые глаза. Как у меня. Хотя, они ведь у всех малышей голубые, да? Или нет?

Боги, я же ничего не знаю о детях. Не хочу знать. Быстро отвожу взгляд.

Выхожу на перекресток коридоров и, отвлекшись, забываю покрыть себя ка'кари… впрочем, ребенка же я, наверное, покрыть им все равно не смогу. Что случится, если их магии соприкоснутся? Мне навстречу идут два преторианца. Тот, что дальше, заглядывает во все каюты подряд, но тот, что впереди, сразу же встречается со мной взглядом.

Он всего в нескольких шагах от нас и уже держит свой меч выше, чем я – свой, поэтому я, не думая, становлюсь в «железные врата», чтобы спровоцировать его на атаку. Лишь пригнувшись как можно ниже, я осознаю, насколько привязанный к груди младенец мешает моей стойке. По моей задумке «железные врата» должны были перейти в «удар крестьянина». Но какие же это «железные врата»? Скорее уж «врата из масла»!

Видя мое замешательство, преторианец делает ставку на скорость и становится в верхнюю «женскую» стойку. Я быстро сближаюсь с ним, чтобы не дать ему передумать, и он поступает так же, чтобы я не успел сменить позицию. Он обрушивает на меня могучий, размашистый удар. Сделав шаг в сторону, я легонько парирую, позволяю инерции протащить преторианца вперед, вслед за мечом, а сам, развернувшись, провожу «удар крестьянина». Мой клинок рассекает ему шею и спину у плеча, а затем я прикрываю уже мою спину, чтобы отбить его контрудар. Он прокручивается на месте, но не успевает ничего сделать из-за раны, и мой выпад пробивает ему грудь. Левой рукой я ловлю его медленно вздымающийся клинок, затем, сблизившись, ударяю локтем по подбородку и отбрасываю к стене, по которой он и сползает на пол.

Его напарник – копейщик – уже совсем рядом, и я едва успеваю вытащить мой клинок из трупа и встать в другую низкую стойку: на этот раз в «кабаний клык».

Не люблю я копейщиков.

Сделав выводы из кончины своего товарища, громила ложным выпадом колет мои руки, а затем бьет в пах. Я отбиваю копье в сторону, сближаюсь – с копейщиком нужно сойтись как можно скорее, иначе он успеет нанести сотню тычков, пока вы будете только защищаться, и рано или поздно тычки попадут в цель. Но преторианец начеку и, несмотря на свой рост, отступает с волшебной скоростью.

Да, с волшебной.

Потому что он – синий маг, и он знает, что мне нужно сделать, чтобы одолеть копейщика, и знает, как помочь себе магией, и сделать то, что нужно ему.

Но на меня вдруг снисходит волнующее откровение. Я снова вспоминаю слова Дарзо о том, что существуют целые области боевых искусств, которым он не мог научить меня до тех пор, пока во мне не открылся талант. Усилив магией мышцы, человек может двигаться быстрее и дальше, вмиг останавливаться и направлять движение в противоположную сторону… Все это напрочь рушит представления о том, какой у вашего противника радиус поражения, или какой он у вас. А когда эти представления рушатся, в игру вступают приемы, которые раньше было бессмысленно изучать, ведь обычный человек выполнил бы их слишком медленно, или не смог бы дотянуться до врага. И нужны годы опыта, чтобы понять, на какие приемы повлияет магия вашего противника, а на какие нет.