Книга Немезида ночного ангела, страница 446 – Брент Уикс

Она ненавидела меня без причины. Она пыталась навредить мне – однако я все равно тронут ее храбростью. Если вы читаете эту историю и надеетесь увидеть настоящего героя или героиню – вот она, перед вами.

Дженин теряет сознание.

— Кайлар… – говорит Ви, подойдя к двери.

Но ей не подобрать слов. Красноречием она не блистала.

Интересно, увижу ли я ее когда-нибудь снова. Если да, то каким человеком она будет, когда это случится?

— Кайлар, я солгала, – говорит она.

Я моргаю, отвлекшись на предмет, который взял в руку.

— Только один раз?

Ее лицо чернеет.

— Иди к черту. Просто иди к черту.

Затем она уходит.

Я опускаю взгляд на мою ладонь, на маленький, эмалированный синий клинок, который сестра Аяйя дала Виридиане, и который я только что вытащил у нее из кармана. Ничего магического я в нем не вижу, хотя знаю, что чары должны бить из него через край. Спрятав его, я поднимаю два сундука. Весят они совершенно одинаково. Ни в одном ничто не ворочается. Внешне по ним совершенно не понять, где лежит магически убаюканный ребенок, а где просто балласт. На дне начертаны маленькие руны, у каждого своя, но я не знаю, что они означают, поэтому не обращаю на них внимания.

Сестры тщательно скрывали от меня свой план, но он, очевидно, заключался в том, чтобы в какой-то момент подменить один сундук на другой и обвести вокруг пальца императрицу с королем Рефа'имом. Изначально мы с Виридианой должны были получить сундуки и отнести их в нужное место; я бы нес один, а Ви – второй. Поскольку у меня нет доверия к сестрам, я тоже собирался поменять сундуки местами на случай, если Виридиане приказали предать меня и исчезнуть со вторым.

Теперь в моих руках оказались оба сундука. Ограбление уже идет не по плану.

Я не знаю, что еще пошло не так или что уже известно имперцам. Скорее всего, подмену нам теперь не совершить… хотя, кто его знает. Вскрывать сундуки, или хотя бы один из них, мне нельзя – вдруг разбужу спящего внутри ребенка. Тогда моя жизнь станет намного, намного сложнее. Мне остается лишь взять оба и пошевеливаться.

Только выйдя в коридор я понимаю, что могла иметь в виду Ви, когда созналась во лжи.

Мое сердце замирает, я смотрю туда, куда она ушла… но ее уже нет. Слишком поздно. И с самого начала, наверное, было поздно. Мой путь неумолимо ведет в другую сторону, прочь от нее.

Сделав один полный боли вздох, я ухожу.

Я совершал в жизни немало глупостей. Но сомневаюсь, что хоть одна может сравниться с сегодняшней: я иду в бой со спящим ребенком на руках… точнее, с ящиком на руках, в котором лежит спящий ребенок.

Я вздрагиваю. Подождите-ка, ребенок в ящике! У него там вообще есть воздух?

Шагая по обшитым красным деревом коридорам, я осматриваю сундуки и пытаюсь найти в них дырки для воздуха. Коридоры в этот предрассветный час практически безлюдны. В основном я натыкаюсь на слуг, стариков, мучающихся бессонницей, и нескольких дворян в простых одеждах, вышедших на утреннюю прогулку до сортира. Я вяло улыбаюсь пожилой даме, которая искоса на меня смотрит и пытается понять, почему я, одетый в дворянское тряпье, несу два сундука, как какой-нибудь слуга, да еще и кручу их так и эдак, словно умалишенный. Впрочем, тревогу никто не поднимает, а сейчас мне важно только это.