Книга Немезида ночного ангела, страница 257 – Брент Уикс

Гранд-мастер нападает, оказывается рядом настолько молниеносно, что я едва успеваю поставить блок.

От его удара я отлетаю назад и кубарем качусь по каменной крыше.

Следующий удар он не наносит. Спрашивает:

— Слишком рано, да? Прошу меня извинить.

Я драматично отряхиваюсь. Внутренне изрыгаю проклятия.

— Признаюсь, я надеялся, что вы разжирели и забыли, как драться, с тех пор как возглавили орден.

— Людям на моей должности всегда это грозит, – с улыбкой отвечает он. Затем перетекает в защитную стойку из боевого искусства, в котором больше дерутся ногами – вал кнахт. Этого еще не хватало – гранд-мастер и так выше меня. Удерживая меня на расстоянии, он сможет получше изучить мои способности.

Я не салютую ему. Дарзо избил бы меня, начни я драться как синие, со всем уважением, обрядами и традиционными примочками. Мой учитель любил повторять: «В драке я уважаю только одну традицию – традицию побеждать».

Улыбнувшись этому воспоминанию, я бросаюсь на гранд-мастера, отвечаю на его длинные, прямые, мощные выпады петляющими движениями из химорру.

Удар ногой, чтобы остановить удар ногой; удар полумесяцем гасится бедром и, не успев набрать нужную скорость, отскакивает.

Мне не удается даже сблизиться с ним.

— Вы до сих пор не прибегли к таланту, – говорю я.

— Я предположил, что вы этого и ждете.

— Ну… да?

Когда используешь в бою талант, недостаточно просто ускорять и усиливать удары. Скажем, я выбрасываю вперед кулак, утяжеляю его магией и бью так, как мог бы ударить кузнец втрое грузнее меня. Во-первых, мне нужно встать в правильную стойку, чтобы от такого маха не свалиться с ног. Во-вторых, перед тем как удар прилетит в цель, нужно укрепить кости и суставы. Если этого не сделать, можно переломать все кости в кулаке.

Но, дерясь с гранд-мастером Витрувием, мне, скорее всего, нужно беспокоиться о другом: что будет, если я промахнусь?

На промахе мне придется бороться с тем самым утроенным весом, который я вложил в удар. Если вам это чувство незнакомо, попробуйте разбежаться, а затем затормозить за один шаг. Даже если вы не шмякнетесь лицом о землю, равновесие все равно потеряете.

А мастера боевых искусств не дадут вам времени, чтобы его восстановить. Скорость для того и нужна, чтобы лишить противника выбора.

Мы снова сходимся. От прямых выпадов ногами гранд-мастер плавно переходит к подсечкам и ударам рек'сты. За несколько секунд он проводит захват – хотя и не до конца – и перекидывает меня через бедро классическим броском майх ван.

Я вырываюсь из его хватки с помощью таланта, и моя туника рвется. Я падаю, перекатываюсь, возвращаюсь на ноги.

Он лишь с интересом смотрит на меня и отбрасывает оторванную половину рукава в сторону.

Я скидываю с себя тунику целиком.

— Я бы ее оставил, – говорит гранд-мастер.

Он еще ни разу не прибег к таланту.

— За нее слишком легко схватиться, – отвечаю я.

— Пусть лучше противник схватит вашу одежду, чем вас самого.

Теперь я припоминаю, что Дарзо однажды говорил то же самое, слово в слово. Еще один урок, который я не усвоил. Еще одна неудача.

— Мне нечасто приходилось так драться, – признаю я.

— Подозреваю, Дарзо Блинт учил вас разбираться с проблемами насмерть, а не бороться с ними вот так.

Гранд-мастер уже не в первый раз упоминает Дарзо. Что еще он обо мне знает?