Книга Немезида ночного ангела, страница 147 – Брент Уикс

На ночь мы останавливаемся на путевой станции, в маленьком трехкомнатном домишке рядом с большим стойлом. Фаэна просит оставить ее ненадолго одну и спешно уходит в нашу комнату. Я бросаю наши сумки у двери, а служащие путевой станции тем временем добродушно подшучивают надо мной за то, что меня не пускают внутрь. Поскольку в билетах указано, что комната нам понадобится всего одна, нас сочли парой и решили, будто я чем-то рассердил свою возлюбленную, поссорился с ней, и та выставила меня за дверь.

Привлекать к себе еще больше внимания я не хочу, поэтому уныло сношу их насмешки.

Глядя на магов, я не вижу никакой затаенной враждебности, говорят они со мной вежливо и не через силу. Непохоже, чтобы они готовились на нас напасть. Поэтому я спрашиваю, могу ли помочь им приготовить ужин, и вскоре они перестают меня подначивать. Они довольно любезны, но я стараюсь не слишком сильно им запомниться.

Когда ужин готов, я отношу порции для себя и Фаэны в нашу комнату, где докладываю, что мы, кажется, в относительной безопасности.

Какое-то время мы болтаем о всякой ерунде – нет, правда, о погоде и о том, как быстро мы едем, – но я вижу, что ее что-то тревожит.

Наконец, когда я уже готовлюсь ко сну, Фаэна окликает меня:

— Послушай.

Я оборачиваюсь.

Она выдавливает слабую улыбку, но затем отводит взгляд и устремляет его в темноту за окном.

— Я просто хотела сказать спасибо. За то… что спас мою жизнь. Я понимаю, что сильно ранила того разбойника, но… Он ведь убил бы меня прежде, чем… прежде чем умер бы сам, да?

Да.

Но я не произношу этого вслух. Что она хочет услышать? Что не была на волосок от смерти, хотя на самом деле была? Некоторых людей первое убийство потрясает до глубины души. Что нужно Фаэне? Может, мне стоит сказать, что того человека убил я и его смерть не на ее совести? Или ей хочется услышать обратное, что его прикончила она, и тогда она сможет поверить в свои силы и перестать бояться?

— Ты хорошо справилась, – говорю я. – Не потеряла голову и смогла протянуть столько, сколько было нужно, пока не подоспела помощь. Но я тебе, знаешь ли, за это спасибо не скажу. То есть, если бы кто-нибудь научил тебя драться, то на задание ты могла бы отправиться одна, без меня. Выходит, ты отчасти виновата в том, что мне вообще пришлось сюда тащиться.

Я криво улыбаюсь Фаэне, но она на меня даже не смотрит.

— Я чувствую себя мерзко, – тихо произносит она.

Я не успеваю понять, что она имеет в виду: то, что разбойник вообще к ней прикоснулся, или что она его соблазнила, или что убила. Фаэна уже продолжает:

— Я теперь все время думаю о том, что мне однажды сказал отец, – говорит она. – Он сказал, что если кто-то угрожает мне и заставляет пойти с ним, то я ни в коем случае не должна этого делать.

— Не должна идти с ним? – переспрашиваю я, думая, что ослышался.

— Потому что этот человек хочет увести меня оттуда, где ему оставаться не стоит, в безопасное для него место. Туда, где никто не услышит криков и никто не придет на помощь. В человеке, который хочет, чтобы ты полностью полагался на его милосердие, никакого милосердия не может быть и в помине.

Я многое повидал в этом мире и не могу не согласиться. В то же время нужно немало ума и смелости, чтобы сразу переломить ситуацию и дать отпор, а не выжидать, надеясь на лучшее. Большинству это не под силу. А еще нужно видеть людскую природу в не самых радужных красках, понимать, что какой-нибудь улыбчивый красавчик, который кажется просто нахальным и напористым, на самом деле может попытаться замучить, изнасиловать и убить вас.