Книга Адмирал Империи – 51, страница 14 – Дмитрий Коровников

— А орудийные платформы крепости? — спросил Верещагин.

— Они останутся нашим последним резервом, — ответил каперанг. — Если блокада будет прорвана, и адмирал Дессе сумеет пробиться к нам, мы откроем «врата», чтобы впустить его корабли. В этот момент мы будем наиболее уязвимы, и тогда-то нам и понадобится вся огневая мощь Кронштадта.

Верещагин кивнул, восхищаясь продуманностью плана своего командира. Несмотря на внешнюю простоту и некоторую грубоватость, Вахтанг Саладзе был блестящим тактиком, воспитанным в лучших традициях имперского космофлота.

— Господин каперанг! — окликнул их дежурный оператор дальних сканеров. — Фиксирую странные возмущения в пространстве у главного транспортного коридора! Похоже на активацию РЭБ-генераторов большой мощности!

Саладзе и Верещагин немедленно подошли к главному тактическому столу, где голографическая проекция системы «Ладога» уже отображала необычную активность в указанном секторе.

— «Туман войны», — с одобрительной улыбкой произнес Саладзе. — Классическая тактика Северного флота. Адмирал Дессе скрывает свои силы, чтобы Джонс не мог оценить их численность и состав.

— Но судя по размеру этого «тумана», там может быть целая дивизия, — заметил Верещагин, внимательно изучая показания сканеров.

— Или всего несколько кораблей, — парировал Саладзе. — В этом вся прелесть данной тактики. Противник не может этого узнать до определенного момента. Джонс сейчас мучается этой же загадкой.

Словно в подтверждение его слов, офицеры заметили, как корабли внешнего кольца блокады начали перемещаться, стягиваясь к зоне возмущений. Американец перегруппировывал свои силы, пытаясь подготовиться к неизвестной угрозе.

— Система внутренней связи в крепости, — распорядился Саладзе. — Передайте всем кораблям: приготовиться к прорыву блокады по моему сигналу. Как только Дессе атакует блокадный периметр, мы должны быть готовы выйти и ударить Джонсу в тыл.

— Есть, господин каперанг! — отсалютовал офицер связи.

— И включите полное сканирование всех секторов, — добавил Саладзе, возвращаясь к тактической карте. — Дессе не зря получил прозвище «Северный Лис». Если он устраивает демонстрацию с одной стороны, значит, готовит удар с другой.

Офицеры командного центра быстро выполняли распоряжения, и вскоре сканеры были настроены на максимальную чувствительность, обшаривая космос вокруг Кронштадта в поисках скрытых перемещений.

— Господин капитан, — с осторожностью произнес Верещагин, когда они остались относительно наедине, — возможно, мы имеем дело с обманом. Вице-адмирал Кантор могла говорить под принуждением.

Саладзе задумчиво наклонил голову, рассматривая голографическое изображение системы.

— Я знаю Доминику много лет, Орест Петрович, — медленно произнес он. — Ни одна сила во вселенной не заставила бы её произнести то, что мы услышали, если бы это не было правдой. Если она говорит, что Дессе в системе — значит, он здесь.

— Но эта внезапная перемена… сначала она словно сдалась, а потом…

— Это была актерская игра, мой друг, — улыбнулся Саладзе. — Вице-адмирал разыграла спектакль, чтобы Джонс позволил ей обратиться к нам напрямую. Я почти уверен, что сообщение о прибытии Дессе — это не импровизация, а изначальная цель всей этой пантомимы.

— Хитро, — уважительно кивнул Верещагин. — И рискованно. Джонс наверняка сейчас в ярости.