Книга Не проскочи мимо! Два кусочечка колбаски… Стоянка поезда одна минута, страница 67 – Ирма Гринёва

Семён Михайлович хоть уже и давно думал о Валентине Петровне не только как о просто знакомой, тоже был потрясён случившимся. Жену он потерял пять лет назад, о новых отношениях не задумывался ни тогда, ни сейчас. Хватит. Погулял в своё время, на этом можно и точку поставить. Когда Валентина Петровна начала волновать его как женщина – очень себе удивился. А сегодня – так просто возгордился собой. Есть ещё порох в пороховницах! И какое ему выпало счастье, что он нашёл родную душу, любимую женщину! Валечку! Валюшу!

Семён Михайлович поднял её руку и ласково прикоснулся губами. Валентина Петровна погладила его по щеке и прижалась, уткнувшись носом ему в плечо. Не было произнесено ни слова. Да это было и не нужно! Всё и так было понятно. На уровне чувств. На накале ощущений. В ритме музыки, звучавшей у обоих в душе, звенящей в теле. В биении сердец, устремившихся навстречу друг другу. В обретении любви, которую жаждешь в любом возрасте всей своей нестареющей душой

⁵ – длинный мужской плащ с пелериной, без рукавов (назван по имени английского генерала Генри Гавелока).

12

«Мог бы и помоложе себе кого-нибудь найти!» – с завистью думала сорокасемилетняя продавщица колбасного отдела, беззастенчиво рассматривая спутницу мужчины, знакомо отсвечивающего лысой головой, – «Да это же та тётечка, с которой они Краковскую делили!» – узнала она, – «Везёт же некоторым!»

А им и, правда, повезло! Шутка ли, на излёте жизни встретить родного человека, с которым совпадаешь всеми фибрами своей души! И изгибами тела тоже, между прочим!

Хотя, и проблем хватало тоже! И, в первую очередь, квартира. Крутиться одному в пятиметровой кухне или в совмещённом санузле было ещё куда ни шло, но вдвоём… Надо было съезжаться. А это хлопоты, деньги, какой-никакой ремонт. А сам переезд? Это же стихийное бедствие на уровне цунами! Опять же с наследниками как-то надо утрясти ситуацию, поскольку купить общую квартиру не получалось без продажи их однушек.

Сами наследники по-разному отнеслись к поздней любви своих родителей. Дочка Валентины Петровны к новоприобретённому отчиму присматривалась с настороженностью, зять держал нейтралитет. Конечно, больше всех ситуацией была недовольна сноха Семёна Михайловича, но сын цыкнул на неё, она и замолчала. Отец порадовался за сына. Видимо, ощущая в полной мере на собственной шкуре характер жены, мозги у него прочистились. Опять Валюшка оказалась права – больше надо было давать сыну самостоятельности.

Выбор отца Иван одобрил ещё раньше объявления об их женитьбе. Он увидел трансляцию концерта Розенбаума по телевизору, где батя промелькнул рядом с красивой женщиной и тут же позвонил. И вообще, отношения после переезда Семёна Михайловича на отдельную жилплощадь между отцом и сыном постепенно наладились. И не только. Стали теплыми, близкими. Недаром говорят: чем дальше, тем роднее!

Хватало проблем и на бытовом уровне. У каждого были свои привычки, выработанные не только годами одиночества, но и всей прошлой жизнью. Их тоже надо было как-то привести к общему знаменателю. Семён Михайлович, оказывается, трубно храпел, а Валентина Петровна смешно всхрапывала. К этому тоже надо было приспосабливаться.

С Рексом Валентина Петровна подружилась, но, поскольку животных в её доме никогда не было, переживала, как оно будет дальше…

Но разве это главное? Разве может быть что-то важнее, прекраснее любви? Разве может быть в жизни что-то, что не смогли бы преодолеть два любящих друг друга сердца?!

13

— Девушка! Отрежьте половину Краковской.

— Полукопчёную не режем!

— Так я же не в нарезку прошу. Целым куском.

— Женщина, Вы что, не слышите? Не режем! – отрезала продавщица, а потом, смягчившись, добавила, – Найдёте желающего на вторую половину – тогда отрежу.

Февраль 2018