Книга Приди в такое время…, страница 2 – Ирма Гринёва

— Погоди! Объясни, почему ты решил, что Дефне³ ненормальная?

Синан заёрзал на стуле и выдавил из себя:

— Она всё время улыбается.

Ягыз внимательно посмотрел на друга, решая, говорит Синан серьёзно или издевается над ним. Но Синану было явно не по себе, на розыгрыш не похоже. Поэтому Ягыз сказал осторожно:

— Может, у неё хорошее настроение. Солнце светит и всё такое.

— Ага! А вчера лил дождь, и она тоже улыбалась.

— Ну, и спросил бы у неё — чему она радуется.

— Спросил. И знаешь, что она ответила? Прочла мне лекцию о пользе дождя для урожая фруктов и овощей.

— Ну, вообще-то, — едва сдерживая улыбку, парировал Ягыз, — дождь, действительно полезен для…

— Если ты скажешь ещё хоть слово, — опять вскипел Синан, — я тебя ударю! Я её ругаю — она улыбается. Я ей даю задания — она улыбается. Знаешь, где уже у меня её улыбка???

— Погоди! А твои задания она выполняет?

— Выполняет, — нехотя согласился Синан.

— Порядок в документах навела?

(Последняя помощница Синана уходила со скандалом, в сердцах разворотила не только свою секретарскую, но и кабинет начальника и, по совместительству, бывшего любовника).

— Навела.

— То есть ты предлагаешь мне уволить сотрудника, который усердно выполняет свои прямые обязанности, за улыбку? Не припомню такой причины для увольнения на основании Трудового Кодекса, но давай посмотрим вместе.

— Кончай ёрничать! И к чёрту твой Трудовой Кодекс! Уволь её и всё!

— Трудовой Кодекс не мой, а государственный. И позволь напомнить, что это ты настоял на продаже десяти процентов акций государству. Я был против. Предупреждал, что будут сложности. И какие — говорил.

— Неужели из-за каких-то несчастных десяти процентов, мы обязаны соблюдать его от и до?

— Можем не соблюдать. Но уволенный работник получает полное право обратиться в Комиссию по трудовым спорам. Оно нам надо? Может, потерпишь три месяца?

— Ты хочешь, чтобы я тоже сошёл с ума?! И, как дурак, улыбался направо и налево?!

— Тогда надо найти причину для увольнения. Постой, я тебе сейчас прочитаю, в каких случаях можно уволить сотрудника до истечения испытательного срока…

— К чёрту твой казённый язык! Скажи своими словами!

— Либо сотрудник увольняется по собственному желанию, либо получает два выговора в письменном виде, и тогда…

— Понятно! Можешь не продолжать. Пока я эти два выговора нарисую, три месяца и пройдут. Давай сюда свой талмуд. Пойду, подумаю. Всё в этой фирме приходиться делать самому! — закончил Синан.

Взял под мышку толстый том Трудового Кодекса и, уходя, хлопнул дверью, успев услышать слова Ягыза:

— Я попробую навести справки о Дефне в психдиспансере.

Синан ушёл, а Ягыз задумался. Когда он, на фоне очередного скандала с помощницей-любовницей, (а такие скандалы происходили стабильно каждые полгода и уже начали вредить имиджу их фирмы) выбил из Синана договорённость, что помощницу, которая будет работать в офисе, а не в его постели, Ягыз найдёт сам, тогда ему не казалась эта задача такой уж трудной.

Через месяц, когда нужная сотрудница так и не появилась, а вся женская половина офиса стонала и пряталась по углам от капризного и рассерженного начальника, Ягыз начал терять своё внутреннее равновесие. Создавалось такое впечатление, что есть какая-то тайная очередь из длинноногих и пустоголовых девиц, которые только и ждали, когда закончатся очередные полгода, и Синан Чакыр, взмахнув платочком, даст команду «На старт!», чтобы они всей толпой начали свой забег в их офис.