Книга Приди в такое время…, страница 17 – Ирма Гринёва

— Ты не понимаешь. Четыре года по врачам. Всё испробовали. Подсадку три раза делали. Этот раз, сказали, будет последним, больше нельзя.

Синан удивился. Неприятно удивился, что друг столько лет скрывал от него свои проблемы. Сказал с обидой:

— Я не знал. Почему не сказал?

— Вот, сказал. Теперь знаешь.

Помолчали. Синан другу сочувствовал, но, вообще-то, отчаяние, в которое он впал, не понимал. Ну, не будет детей, и что? Мир не рухнет. Работа есть, здоровье есть, любовь есть. Разве этого не достаточно для счастья? Попробовал утешить:

— Ты сам сказал — «надо с этим жить». Как по мне, так и так не плохо. Живите, любите друг друга, радуйтесь жизни.

— Вот потому и не сказал, тебе, что знал — не поймёшь, — горько усмехнулся Ягыз, — Ты никого не любил. Не понимаешь, что значит жаждать ребёнка от любимой. Как больно знать, что этого никогда не будет. Никогда не возьмёшь маленький родной комочек на руки, не прижмешь к себе, не вдохнешь его сладкий запах. Не будешь держать за руку, когда он будет учиться ходить, не отведешь в школу, не посадишь в первый раз на велосипед… Ничего из этого не будет…

Ягыз ушёл. То, что последнее сказал, Синан посчитал чушью. Что за формула: любить, значит, хотеть детей? Откуда это Ягыз вывел? Уж, кто из них двоих и знает всё о любви, так это он, Синан. Он, можно сказать, чемпион по любви. А что Ягыз? Зациклился на своей Озджан, никого вокруг не видит. Сколько всего в жизни упускает! Скольких красивых женщин, которые посматривают на него, пропускает! О-о-о!

Ну, а в принципе, разговором Синан остался доволен. Всё разъяснилось, инцидент исчерпан.

10

…ни один образ не находит убежища в моей голове

Во время подготовки каталога всегда царила суета и нервотрёпка. Но, если раньше это касалось только ограниченного числа лиц, а до остальных только с ветром долетaло, то сейчас трясло весь офис. Прошел месяц, и итоги подготовки были таковы: найдена одна из четырёх моделей, по еще двум проводятся конкурсы, большие сомнения по поводу фотографа, утверждена дизайнер платьев, дизайнера обуви нет даже в первом приближении. Его поисками занимались все — от Аурелио в Италии до каждого сотрудника Арт-сина, от Синана с Ягызом до последнего курьера, но результаты были нулевые.

Талантливый дизайнер из Италии, о котором говорил синьор Аурелио, Фелисита¹⁸, была готова хоть завтра прилететь в Стамбул, но ей пока не с кем было работать. Серьги готовы, а из моделей, как ни странно, только Дениз Байсал, сразу же и с удовольствием согласившаяся поработать моделью для Арт-Сина (сыграло обаяние Синана, а, главное, обещанный гонорар).

Конкурс по выбору моделей для «Осени» и «Весны» шёл вовсю, но конца ему пока было не видно, поскольку окончательное решение принималось только тогда, когда трое — Синан, Ягыз и фотограф приходили к единому мнению. Синан хотел для нового каталога нового фотографа — свежий взгляд, новаторские идеи и всё такое. Ягыз работой Диренча был доволен и считал, что недовольство Синана больше вызвано капризным и неуступчивым характером фотографа, чем его работой, а потому партнера и друга в этом вопросе не поддерживал. Можно подумать, что у самого Синана ангельский характер! Так что проблема с новым фотографом повисла в воздухе. Что касалось самого конкурса, то тут, по крайней мере, у Синана была чёткая концепция, было понятно, что искать.