Онлайн книга «А сколько ещё неизведанного! Найду! Обниму! Не отдам никому! От ненависти до любви и обратно. Что обещает её лицо»
|
— А обо мне он спрашивал? – с робкой надеждой интересуется Женька. — Я спросила – «А как же Женечка?». А он мне, с горечью так – «А где она, Женя? Вы её видите? Я что-то нет. Была и вся вышла» Только по дороге велел к тебе заехать, пакет передать. На, вот, держи! Женька крутит в руках пакет, не решаясь открыть его при Антонине Алексеевне. — А кто же в доме остался? — Он да Екатерина. Вдвоём. — А Ярик? У него же через неделю курс заканчивается. Катерина готовить не умеет. И убираться в доме не захочет. И как же ребёнок? — Не знаю, – хмурится Антонина Алексеевна, – Катерина мать, всё-таки. Да и Глеб Николаевич мальчика не бросит на произвол судьбы. Как-нибудь разберутся. По-семейному. Ну, ладно, пошла я, а то там, в машине, Анюта спит. Проснётся в незнакомом месте – испугается. Как обустроимся на новом месте – позвоню. Антонина Алексеевна обнимает Женю и уходит. Женьку больно резануло по сердцу сказанное ею «по-семейному», относящееся не к ней, Женьке, а к Катерине и Глебу, и потому она не сразу соображает, что телефона-то у неё нет. Как отобрал его ещё перед свадьбой Глеб, так и не возвращал. Сидючи дома, он был Женьке не нужен, а в гости они с Глебом всегда вместе выходили. Но, может, телефон в пакете? И Женька торопливо разрывает упаковку пакета. Там находятся: её личные документы и деньги. Накопленные ею 300 тысяч. Не тронутые им, и в том же конверте. Ни её старого телефона, ни документов Ярика в пакете нет. И Женька понимает, что её вычеркнули из жизни и Глеба, и племянника, и Анюты, и даже сестры. У них начинается новая жизнь, в которой она не нужна, объявлена персоной нон грата. И Женька садится на пол, и горько-горько плачет. Через 3 недели Женька уехала из Калуги. Вернулась в любимый Питер после четырёх лет отсутствия. Вернулась, чтобы начать опять всё с нуля, поскольку в Нова Вита её не ждали, и крыши над головой не было. Она могла бы спокойно прожить в Калуге даже без работы целый год – много ли ей одной надо? Но решила разрубить этот узел судьбы одним махом. Принятию столь кардинального решения способствовали 2 обстоятельства. Первое – её не пустили в клинику к Ярику. Она пошла к нему на следующий день после визита Антонины Алексеевны, но ей сказали – «Пускать никого не велено, извините!» А второе – она обнаружила, что беременна. И это наисчастливейшее событие для любой настоящей женщины придало ей силы, вернуло смысл её существования, отодвинуло на задний план обиды, разочарования и боль от неразделённой любви. 19 Как Глеб ни торопился, справиться с Екатериной удалось только за 7 месяцев. Бумаги о разводе и отказе от родительских прав она подписала быстро, хватило одной ночи в подвале. (В разводе и сама Екатерина была заинтересована. Мало ли, попадётся какой-нибудь удачный вариант замужества, не век же ей эскортничать, а тут тащись в Россию, разбирайся с этим фиктивным браком. А отказ от родительских прав на Ярика избавлял Екатерину от обязательств перед Аристократом. Если что, она не причём, бывший муж заставил отказаться от ребёнка, к нему все вопросы) А вот за деньги сражалась как львица. Глеб несколько раз сажал её в подвал и возвращал обратно в спальню. Она соглашалась на всё, но как только попадала в комфортные условия, тут же начинала торговаться. |