Онлайн книга «Кошка, которая гуляла сама по себе. Ох, и странные, эти русские! От сердца к сердцу мост»
|
Послушайте! Ведь, если звезды зажигают - значит – это кому-нибудь нужно? Значит – кто-то хочет, чтобы они были? Значит – кто-то называет эти плевочки жемчужиной? И, надрываясь в метелях полуденной пыли, врывается к богу, боится, что опоздал, плачет, целует ему жилистую руку, просит - чтоб обязательно была звезда! - клянется - не перенесет эту беззвездную муку! А после ходит тревожный, но спокойный наружно. Говорит кому-то: "Ведь теперь тебе ничего? Не страшно? Да?!" Послушайте! Ведь, если звезды зажигают - значит – это кому-нибудь нужно? Значит – это необходимо, чтобы каждый вечер над крышами загоралась хоть одна звезда?!11 Когда Оксана замолчала, Максим повторил жест Сергея Алексеевича, и, поднеся руку Оксаны к своим тёплым губам, мягко поцеловал. Вообще-то хотелось большего: прижаться к её губам, обнять её всю-всю, со всех сторон, чтобы она вошла в него целиком… Но он от чего-то оробел. Побоялся нарушить волшебную атмосферу сегодняшнего свидания. А Оксана поняла его желание, но запаниковала, очень уж давно она не была на свиданиях с мужчиной, и никак не показала Максу своего ответного желания. Какая-то напряженная недосказанность повисла между ними и могла бы окончательно всё запутать, но тут раздался сигнал к окончанию съемки. Оксана и Максим, аж, вздрогнули. А потом Оксана повернулась к Максу, ласково погладила его по щеке и с сожалением спросила: «Надо уже идти?» И напряжение спало. А Макс подумал: «Ну, и болван же я!» 9 – сериал «Последний из могикян» 10 – Московский Государственный Индустриальный Университет 11 – стихотворение В.Маяковского «Послушайте!» 25 Гастон с подозрением посмотрел на непонятного русского, который и с горя, как в прошлый раз, и с радости, как в этот, заказывает водку. На лице Макса блуждала счастливая улыбка, и Гастон успокоился. Ну, не будет человек в таком блаженном состоянии громить его бар, даже если напьётся! Тем более что он и совсем пить передумал, повертел в руках рюмку и ушёл, явно забыв, зачем же он сюда вообще приходил? Макс шёл к себе в коттедж и думал об Оксане. Она была такая естественная на свидании, такая…, такая… как она есть. Не говорила о девочках, не выспрашивала, что было на свиданиях с другими, с кем он целовался, не хитрила, не ставила ультиматумов, и Максим совсем забыл о том, что они на съемках. Ему казалось, что он знаком с ней давно-давно, что она – родной человечек, такой теплый и… желанный. 26 А Оксана тем временем описывала девочкам с восторгом прыжок с парашюта, при этом лихорадочно соображая, как бы закончить, чтобы не рассказывать о разговорах с Максом, его поцелуе, звездах. И даже кенгуру и коалами не хотела делиться. В конце концов, никто ведь об этом не рассказывал после свиданий, значит, Макс поделился этим только с ней? Вот дура, надо было по дороге что-нибудь придумать, а у неё ни одной мысли в голове не было, прямо «облако в штанах», вспомнила она Маяковского. А когда Юля спросила, целовались ли они с Максом в губы? ответила с чистой совестью – «Нет!», и облегченно свернула разговор. Даже с Кэт делиться радостью не хотелось. Она только сказала, что они прояснили все свои непонятки, и что дело оказалось в стихотворении. Кэт заинтересовалась в каком, а после того, как Оксана его прочла, сказала, что она бы тоже выпала в осадок. И разговор мягко ушел в поэзию. Конечно, Кэт поняла, что Оксана многого ей не рассказала, но не обиделась на подругу. Она прекрасно помнила, как в первые дни влюбленности хочется закрыться от всех и лелеять теплый комочек счастья внутри себя, и, в тоже время, распахнуться и кричать во всё горло, чтобы все-все слышали. И эти воспоминания горько царапнули душу… |